Чародейка

— Расскажу, когда вернусь. — Он задорно подмигнул мне и добавил: — Приготовься, сейчас я уберу купол.

И я приготовилась.

— Давай! — скомандовал Шейн, и всё началось.

Я, словно неудержимый марафонец, сорвалась с места и понеслась в указанном парнем направлении; чудища с предвкушением ринулись на Шейна, маг взметнул вверх правую руку, на запястье которой громоздилось целых два браслета, и те, как и их предшественники, со свистом понеслись к новым хозяевам.

Что там происходило дальше, я уже не видела. Лишь нечеловеческие вопли доносились мне в спину.

И, кажется, Всевышний услышал мои мольбы. Я благополучно добралась до огромного, древнего дуба, ноги наконец ступили на сушу, и совсем скоро я увидела небольшую хижину, о которой говорил Шейн.

Глава 4. Хижина на болотах

Хижина оказалась небольшой, в ней было темно и пахло травами. В единственной комнате имелся очаг, напротив него стоял потёртый диван, а у крошечного прорубленного оконца пыльный письменный стол.

Никаких картин, фотографий или прочих элементов декора не было. Лишь многочисленные пучки засушенных трав украшали деревянные стены.

К моему разочарованию, дверь изнутри не запиралась. Видимо хозяева дома были чрезвычайно смелыми людьми. Я же такой смелостью похвастаться не могла. Однако выбирать не приходилось.

Мокрый сарафан неприятно лип к телу, а босые ноги чутко улавливали каждый сквозняк, гуляющий по полу.

Как же холодно.

Я ещё раз осмотрелась, соображая, как бы согреться. Разжигать огонь в камине не надёжно, мало ли кого это может привлечь, а вот пуховый плед, лежащий на подлокотнике дивана, вполне сгодится для этой задачи.

Накинув на себя плед, я подошла к окну. Сквозь мутное стекло проглядывались пустая лужайка, одинокий могучий дуб на краю берега и небольшой хлипкий помост над водой.

Ни Шейна, ни кого либо ещё видно не было.

Ни через час, ни через два.

На третий я даже порывалась вернуться к месту схватки, но здравый смысл победил, и я осталась в хижине.

Стоять в ожидании у окна я больше не могла, поэтому принялась нарезать круги по комнате. Вскоре и это занятие мне надоело.

Я села на диван, поджала под себя ноги, затем снова встала и выглянула в окно.

Никого.

И опять вернулась на диван.

Ожидание было нестерпимо мучительным. Воображение услужливо рисовало самые худшие развязки событий.