Академия Магических Ремесел

Чей-то сорвавшийся смешок пискнул придушенной мышью. Затем еще один. И дружный хохот шквалом обрушился на горе – мастера. Митя опустил поварешку в горшок и сел на лавку. Озадаченный. Сбитый с толку. Потер лоб. Почесал затылок.

- Где же я ошибся в расчетах? – прогудел отстраненно.

Посидел минуту, подперев лоб рукой и глубоко задумавшись. Мне даже стало жаль его немного. Захотелось подойти и поддержать парня. Скорее всего, у гончара на носу зачет или курсовая работа. Полина подхватила уплывающий половник и стала накладывать уху в миски.

- Кому еще? Тарелку давай!

- Это я схему привязки к разделочному столу неверно рассчитал! – догадался мастер. – Нужно усовершенствовать. Нужно привязывать не к столу, а ко всей кухне!

Мне понравился ход его мысли и то, как он воспринял неудачу.

- Только не пойму, а лист-то капустный куда делся? – Митя в очередной раз почесал затылок.

- Может, на кухне кто съел? – чья-то неуверенная реплика вкупе со смешком помогла ему очнуться и посмотреть вокруг.

Хитрые, переглядывающиеся, улыбающиеся лица. Капустный лист на рыбной тарелке. Общее веселье подтолкнуло маятник недоумения в сторону понимания происходящего. Осознание пробило заслон включенной логики и поиска решений.

- Да вы меня дурите! – наконец-то догадался Митя. Возмущенный парень опустил на стол пудовый кулак. Тарелки подпрыгнули. - Ах, вы, лешевы…

- Ошметки! – чье-то предположение попало в паузу, и все грохнули смехом с новой силой.

- Лапти вы лешевы! Вот кто, - вместе со всеми смеялся парень.

- Попадетесь вы мне вечером на игре!

Я поднялся и вышел. Настроение было приподнятым. Лишь откуда-то издалека подкралось неясное, неоформленное в мысль, слабое чувство зависти к этим простым и понятным людям. К их простой и понятной в своей бесхитростности жизни. К ясности их желаний. К смелости их суждений и действий. И горькая досада. В моей жизни было, пожалуй, все. Все, кроме этой простоты и ясности. Можно ли в моем положении желать большего?

АРИНА

В послеобеденный перерыв я с книгой сидела под дубом.

Наслаждалась пением птиц, журчанием ручья невдалеке и больше размышляла, чем читала, когда негромкая незнакомая речь стала приближаться, с каждой секундой становясь все более отчетливой. Раньше я ни за что не стала бы прятаться и следить за кем-то, но все меняется. Сейчас все эльфы для меня стали подозрительными и ненадежными. Они разрушили мое восприятие острова, как самого безопасного места в мире.