Прорицатель 3. Дочь рода

– Грядёт что-то страшное, старческие кости врать не будут…

***

Я неплохо устроилась в камере для одарённых: мягкая постель, креслица и даже журнальный столик имелся. На полках стояли книги, а стены были обиты тканевыми обоями. Не шёлк, конечно, но для тюрьмы условия оказались вполне ничего.

Меня никто не спешил допрашивать, никто не угрожал, и вообще создавалось ощущение, будто меня просто изолировали на время, чтобы я отдохнула после тяжёлого боя. Времени было с избытком, так что я принялась размышлять о том, что произошло.

Вряд ли Максимилиан намекал именно на это событие – не тянуло оно на что-то «грандиозное», а Макс всегда всё делал с размахом. Подумаешь, заперли в камере.

– Ярина? Ярина Войтова?

Приятный женский голос заставил меня вскинуть голову. У решетчатой двери стояла красивая женщина в дорогом костюме и украшениях от Мышкиных. И что такая знатная дама забыла здесь?

– Слушаю вас, – кивнула я, рефлекторно склонив голову в приветствии равной по статусу.

– Я верховный судья имперской службы наказаний, Кирена Макарова, – представилась гостья, скользнув взглядом по моей камере.

– Мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Верховный судья среди этих стен? Вы пришли, чтобы лично допросить школьницу? – удивилась я. От неприкрытой подозрительности в моём голосе судья поморщилась.

– Предъявленные вам обвинения достаточно серьёзны, – сухо произнесла она, а потом замялась. – Но за вас попросил мой… знакомый.

– Даже так? – я не притворялась. Мне действительно было чему удивляться.

Кто же этот таинственный заступник, который смог уговорить верховного судью поговорить со мной до суда?

– Что вы можете рассказать о состоянии Марии Селезнёвой во время поединка? – Кирена Макарова перешла к делу.

– Она была явно не в себе, – начала я, вспоминая поведение Марии. А ведь и вправду, этой девушкой словно кто-то управлял. – Её действия были… неестественными. Для аристократки такое поведение неприемлемо даже в пылу боя. А тут всего лишь чемпионат.

Тем более Мария на тот момент провела уже две схватки, где вела себя более чем достойно.

– Там она победила, – хмыкнула судья.

– Возможно, вы правы, – не стала я спорить. – Я просто говорю то, что видела.

Марию подставили, теперь я поняла это. Под ударом оказалась и она, и канцлер. Неужели я просто попалась под горячую руку и оказалась здесь случайно?

– Вы покушались на жизнь целителя? – спросила Кирена Макарова, бросив взгляд на мои обожжённые руки.