Я ненавижу магические академии

– Поработайте?

Да как он мог мне предложить такое непотребство? Поработайте… В роду Берлисенсис женщины не работали никогда, исключений не было. Мне бы продержаться совсем немного, пока не найдется крепкое мужское плечо, которое примет на себя все тяготы моей жизни.

– Именно. А в следующем году, если желание не пропадет, придете опять поступать. Для этого ко мне обращаться необязательно. Будет создана специальная комиссия по приему новых студентов, зачисление по ее решению. 

Я была уже готова изменить своим принципам и разреветься.

Все равно накраситься толком не успела, так что испугать своего собеседника не смогла бы, как вдруг дверь в кабинет распахнулась, и перед моим удивленным взором появился Антер Нильте в компании его дяди по матери, Элана Суржика, возглавлявшего Столичный Департамент Стражи. Бывший жених имел вид настолько довольный, что я сразу поняла – он решил заботиться обо мне до конца и обеспечить бесплатным жильем и питанием. За государственный счет, разумеется, ведь Терри очень бережлив.

– Лисандра Берлисенсис, вы арестованы за нападение на Антера Нильте и нанесение ему телесных повреждений, – заявил Суржик.

– Но это он на меня напал, – запротестовала я. – Да еще и крышу дома обвалил, так что я осталась совсем без жилья.

– Да ты ее сама магией на меня сбросила, – процедил бывший жених.

– Я такого и не умею! – возмутилась я.

– Вот на суде и расскажете, – Суржик положил горячую потную руку на мое плечо, за что тут же поплатился – Фиффи подобные вольности не терпел, сделал небольшой предупредительный укус и тут же перебрался подальше от завопившего начальника Стражи.

– Еще и нападение на представителя правопорядка, – злорадно сказал Нильте. – На суде лет на десять потянет.

Лет на десять? Я в ужасе смотрела на бывшего жениха. Действительно, кто мне поверит? Я из семьи государственных преступников, а Суржик – весьма значимое лицо в столице.

– Но мы можем договориться во внесудебном порядке, – продолжил бывший жених.

– Возможно, дело до ареста и не дойдет.

Глазки его маслено заблестели, в призывном взгляде явно читалось, что он уже считает меня своей собственностью, доставшейся почти даром. Подумаешь, несколько жалких покусов на месте, которое все равно почти никто не увидит, – разве это полноценная плата за такую прекрасную меня?

– Студенты магической академии не подлежат аресту городской стражи, – внезапно скучным голосом сказал Кудзимоси.