Убойный репортаж

– А в день, когда с ним случилось… это несчастье, вы его видели?

Оказалось, что Ирина видела Санина и в день убийства. Она собиралась к подруге и выглянула в окно, чтобы посмотреть, какая погода и что ей надеть. Санин стоял во дворе с тремя мужиками. Потом третий, наверное, пошел в магазин, а двоих он повел к себе домой. О том, что актер выпивал с дворовыми мужиками, я уже знал. И этих двоих, Васю и Гришу, тоже знал, поскольку успел уже с ними поговорить и выяснил кое-что интересное… А вот третий мужик был из соседнего дома.

Правда, его поиски ни к чему не привели. Более того, после убийства Санина он вообще пропал. Перестал появляться в их дворе и пировать вместе с Васей и Гришей. А именно он, как мне удалось узнать, покинул квартиру Санина последним. И вдруг Ирина заявляет, что живет этот мужик в соседнем доме, причем она даже знает, в каком: его дом виден из ее окна. Правда, имя его ей было неизвестно, (а его звали Петром Самохиным), зато подъезд и этаж, на котором он жил, хорошо знакомы, поскольку на этой же лестничной площадке обитала ее лучшая подружка Катька, и Ирина однажды, придя к ней, увидела, как он выходил из соседней квартиры.

Тут во мне взыграло ретивое, проснулся репортерский азарт, оттеснив на второй план все прочие личные интересы, в том числе и вспыхнувшее расположение к девушке. Я быстренько засобирался и стал прощаться с Ириной, чем, похоже, ее сильно обидел.

– Вы куда? – услышал я уже в спину, и в этих словах явно сквозило приглашение остаться.

Но я пробормотал что-то вроде:

– Мне надо… спасибо… я совсем забыл, что мне надо… именно сейчас… простите… – И ретировался.

Мне нужно было срочно повидать Петра Самохина.

И что же дальше? Самохина я так и не увидел, поскольку его задушили подушкой прямо в реанимационном отделении, куда он попал после ножевого ранения. А вот вернуться к Ирине мне не достало решительности. Но более всего не хотелось попасть в щекотливую ситуацию, которая обязательно бы произошла. Сто процентов, что Ирина встретила бы меня холодно и в квартиру не пригласила бы! И я бы мялся, не зная, что сказать и как себя вести.

А этого очень не хотелось…

Ирина стояла передо мной, и глаза ее лучились радостью. Про обиду, которую я ей нанес, убежав из ее квартиры в желании поскорее увидеть Самохина и переговорить с ним, она, кажется, не желала вспоминать…

– И все же, что ты здесь делаешь? – повторил я свой вопрос.

– Пишу репортаж о конференции, – охотно ответила она.