АВИ-3. Ученица боевого мага

Пару раз ее навещал лер Легран, заботливо справляясь о самочувствии, но едва стало понятно, что умирать девушка не собирается, а Кер выглядит все лучше и лучше, эльф приходить перестал. Но оно и неудивительно: у него наверняка хватало других дел, да и его помощь ей уже давно не требовалась.

В остальное время она могла делать все, что душе угодно… в пределах комнаты, разумеется. Причем господин Лоур был так решительно настаивал на соблюдении постельного режима, что даже наложил на дверь охранное заклинание.

 

Он, правда, не знал, что на Айру оно не срабатывало, но девушка не стала его извещать об особенностях своего щита. А терпеливо дожидаясь наступления вечера, просто выпрыгивала в окно, чтобы поспешить к дожидающимся ее Шипику и Иголочке, да тщательно проследить, чтобы Бриер… а этот упрямец так и продолжал нарушать правила… не поранился, перебираясь через игольник.

По правде сказать, Айра была рада его видеть. В первую очередь потому, что это был единственный человек, который навещал ее просто так, по дружбе.

Нет, он, конечно, придирчиво изучал ее внешний вид всякий раз, когда Шипик опускал его на землю. И преувеличенно серьезно вопрошал о самочувствии «самой тяжелой в мире больной». Но даже это умел делать так, что ни раздражения, ни злости не возникало. И Айра только интересовалась в ответ, не поранил ли благородного рыцаря оседланный им игольник. 

Бриер, разумеется, возмущенно фыркал и намекал, что «конь-то», дескать, был взят взаймы. И вообще, он не оседлывал, а лишь позволял лапать себя колючими ветками, за что, естественно, нужно бы стребовать адекватную компенсацию.

Девушка тут же вскидывалась, ядовито осведомляясь, какая еще ему нужна компенсация, если она и так позорит свое честное имя, болтая с ним ночами напролет. И дело вполне могло закончиться настоящей перепалкой, но каждый раз все портил плохо понимающий шутки Кер. Так что, в конце концов, Бриер сдавался и со смехом признавал, что был неправ, после чего клятвенно обещал исправиться… и на следующий день все начиналось по-новому.

Вечерами они сидели возле присмиревшего игольника, подолгу болтая о самых разных вещах. Иногда Айра рассказывала о том, как жила до Занда. Нередко они веселились, наблюдая, как Кер играет с Шипиком, стараясь не утонуть в гуще зеленых ветвей. И пару раз его действительно приходилось оттуда выпутывать, потому что игольник не любил, когда его покусывают за листья.

Бриер говорил много и охотно.