Звездная карта для принца, или странности императорского отбора

Пробурчав про себя несколько неприятных слов в его адрес, я поплелась следом. Идти сквозь заросли было не очень удобно, но интригующе. Неужели я успела настолько достать советника, что он решил избавиться от одной взбалмошной девицы?

Не угадала!

Через четверть часа мы пришли к небольшому сараю. Размером примерно метр на метр, без окон и с ветхой деревянной дверью. Так он выглядел на первый взгляд, до того, как декан протянул руку и коснулся вычурной ручки. На миг на его запястье сверкнул массивный серебряный браслет, похожий на ключ-карту, какие иногда использовали во дворце для прохода в закрытые помещения.

На темной поверхности двери вспыхнули защитные чары, демонстрируя убойную дозу смеси различных заклинаний. Считав по кругу руку незваного гостя, они отступили, позволяя войти внутрь. За ветхой преградой обнаружился темный провал и край каменной лестницы, уходящей вниз.

— Куда она ведет? — спросила я напряженно, не горя желанием спускаться.

— Пока ты отдыхала…

Тут я еле сдержала зевок, чтобы не разочаровывать навязанного наставника.

— …я навел некоторые справки. Тебя всю жизнь растили в тепличных условиях. Берегли нежные девичьи чувства и ограждали от мировых проблем. Я считаю это большим упущением со стороны твоего отца.

— А я считаю, что это вас не касается!

— Возможно, я бы действительно проигнорировал данный факт, если бы ты являлась обычной аристократкой. Но ты маг с уникальным даром. Я не позволю так бездарно его загубить.

— Это моя магия, советник. Только мне решать, что с ней делать.

Миг, и лорд Трен оказался рядом, нависая грозовой тучей. Пальцы впились в мой подбородок, крепко удерживая.

— Я посвятил защите империи всю свою жизнь. Видел, как умирали хорошие бойцы, сметенные волнами теневых тварей. Помню запах крови и смрада. Если бы среди нас было больше магов света, все могло сложиться иначе. Но вас непозволительно мало. Преступно мало. И при всем этом вы умудряетесь прятаться!

Кажется, я впервые видела столько эмоций на холодном лице лорда Трена.

Злость, горечь, досада, непонимание. Он действительно не понимал, почему я отказываюсь пользоваться даром. У меня же имелись веские причины: мое самочувствие и необъяснимые потери сознания. Моменты беспамятства, в которые я не осознавала происходящее, а окружающие отказывались рассказывать. Сколько я ни требовала, просила, умоляла — они молчали, не сознавались. Меня это жутко злило, но я ничего не могла поделать. Разве что свести к минимуму любые нервные потрясения.