Мужчина с собачкой

Похоже, наш убийца был достаточно хладнокровен, чтобы не спеша смазать все свои отпечатки.

Глеб покивал и медленно прошел через зал. Пара жандармов тщательно осматривала и описывала содержимое прилавков, кассы и нескольких несгораемых шкафов, дверцы которых были выломаны. Ковальский подивился тому, что довольно толстый металл был сильно погнут, словно в аптеке орудовал кто-то с недюжинной силой.

– А это что? – сам у себя спросил Ковальский, заметив бледно-желтое пятнышко под стеллажом, стоявшим рядом с дверным проемом.

– Что там? – наклонившись вслед за коллегой, спросил Давидовский.

Отвечая на вопрос, Глеб при помощи носового платка извлек из-под стеллажа аккуратную дамскую туфлю.

– Домашняя туфля? – догадался Вольшек, разглядывая покрытый налетом желтый ситец.

– Похоже, она принадлежит рейне Новак, – сказал Глеб, с прищуром рассматривая туфлю так и эдак.

– Ничего особенного, – отмахнулся Вольшек. – Просто туфля.

Глеб не был согласен, но промолчал. Сначала ему хотелось увидеть всю картину, а уже потом делать какие-то выводы.

В задней комнате, отведенной под склад, царил еще больший беспорядок, чем в торговом зале. И слой серого налета тоже был больше, а на полу среди разбитых бутылочек голубого стекла валялся внушительный глиняный горшок, из которого на пол высыпалась целая горка серого порошка. Повсюду были пятна белых и желтых кремов, мазей, коробочки пилюль и пакетики с порошками.

– Удручающая картина, – вздохнул Вольшек и громко чихнул.

Глеб согласно покивал и помахал перед носом, пытаясь разогнать плотные ароматы лекарств и травяных сборов, щекотавшие нос.

Столовая и кухня тоже пострадали от вторжения неизвестного: ящики выдернуты, их содержимое разбросано по полу, посуда разбита и растоптана в пыль, со стен сдернуты картины. И все покрывал все тот же серый налет.

Ничего не сказав Вольшеку, Глеб поднялся на второй этаж.

– И кому мог помешать рейян Новак? – с грустью спросил управленец, идя вслед за Ковальским.

– И правда, – согласился Глеб, осматривая просторную светлую спальню хозяина.

Здесь тоже все перевернули, вырвали ящики, вытряхнули с полок одежду, разрезали матрас. Но, даже разгромленная, комната казалась светлой и радостной, как залитая солнцем лужайка.

– Что мы вообще знаем про рейяна Новака? – спросил Глеб.

– Ну… самое очевидное, – ответил Давидовский.