Осколки Северного Счастья. Том 1

Я приблизилась к постели и обдумывала, как себя повести.

В итоге легла сзади и погладила по густым тёмно-рыжим волосам.

— Ирт, ты не спишь?

— Нет, — глухо ответил он.

— Ирт, я хотела поблагодарить тебя за моё спасение. И сказать, что я не ослушалась, я хотела пойти в портал, просто я очень растерялась и ужасно испугалась, а ещё мне было больно и тело плохо слушалось. Я совсем не привыкла к таким испытаниям. Я городская изнеженная девушка, не такая храбрая, как ты. Я тогда подумала, что ты прикрываешь мой отход и что сил у тебя ограниченное количество, а тут ты ещё портал открыл и держишь, — я гладила волосы и напряжённую шею, стараясь как-то смягчить его.

— Я испугалась, что ты решил остаться там зверя отвлекать, пока я ухожу, и что ты… и что этот иррет тебя убьёт.

— Ты испугалась за меня? — хрипло спросил Иртальт.

— Ужасно. При этом своей силы у меня было полно, понимаешь? Я решила попробовать поделиться, а потом уходить в портал. А после, когда эта магия тебя ударила в спину, я на секунду подумала, что ещё хуже сделала.

Прости меня, пожалуйста, за то, что я тебя ослушалась.

Продолжая его гладить, я придвинулась чуть ближе.

— Это уже не важно, — равнодушно ответил он.

— Ирт, я тебе очень благодарна за всё. За то, что ты донёс меня сюда, обработал раны, приносил еду. Спасибо большое. Ты мой герой.

— Перестань. Я охотился, ты готовила. Всё правильно. Завтра принесу ещё дров.

Я осмелела и гладила его уже настойчивее, хотя сама не понимала зачем. Просто хотелось.

— Ты не знаешь, сколько мы ещё тут будем?

— Пока нас не найдут, — тоскливо ответил Ирт, и в этих словах было что-то новое, какая-то боль.

— Не хватает сил, чтобы открыть портал? Давай я поделюсь, — осторожно предложила я.

— Я не могу открыть портал и не могу послать весточку отцу, потому что у меня больше нет магии. Я выгорел.

Это прозвучало как приговор: столько горечи было в его словах, столько отчаяния.

Я посмотрела на него по-другому. В нём действительно больше не было магии. Почувствовав себя эгоцентричной дурой, я наконец поняла, что переживал он вовсе не из-за моей выходки.

Он потерял часть себя, молчал, страдал, а я даже не заметила. Зато крупу перебрала, идиотка эгоистичная.

— Выгорел и выгорел, бывает. Сюда ты меня принёс без магии, раны тоже залечил без неё, иррета притащил сам, — попыталась я успокоить его.

— Ты не понимаешь! — он рыкнул, резко сев на кровати. — Без магии я никто! Я и так все последние три года не мог выйти из тени отца.