Королевская кровь-2. Скрытое пламя

— Это что такое? — Вопрос был глупый, потому что «этим» оказались несколько массивных золотых браслетов с огромными драгоценными камнями. Такого размера камней не было и в короне Рудлогов. Рядом лежало плетеное золотое ожерелье, словно кольчуга на шею до груди, такое тяжелое, что мышцы на руке напряглись, когда принцесса потянула его на себя. Кольца, серьги, ножные браслеты, цепочки на талию, украшения для волос — и все просто кричащее о невероятной стоимости. Это богатство небрежно лежало между блюдами, как могли бы лежать цветы или украшающие стол салфетки.

— Это дары господина вам, сафаиита. — В голосе старшей служанки все-таки проскользнуло некое недоумение от ее вопроса.

— Щедрый господин, — с непонятным выражением произнесла Ангелина, рассматривая кольцо с переливающимся изумрудом размером с монету. Красиво, что говорить.

— Очень щедрый, — с благоговением ответила Суреза, — он со всеми своими женщинами так щедр.

— За еду и прием ему передайте спасибо. — Принцесса брала украшения горстями и бросала их на кровать.

— А драгоценности у нас принимать от чужих мужчин не принято. Заберите и унесите обратно.

— Господин рассердится, — робко произнесла Мариза, а ее старшая сестра неодобрительно смотрела, как гостья очищает стол от золота.

— Не унесете — выброшу в окно, — отрезала Ани, с удовольствием откусывая кусок теплой лепешки. — И благодарю вас за помощь, дальше я справлюсь сама.

Служанки намек поняли, поклонились и удалились, но к драгоценностям так и не притронулись. Пришлось со вздохом исполнять обещание и выбрасывать.

Заодно оценила вид — окна выходили в замеченный еще во время полета сад, в котором светили редкие фонарики. Людей вокруг видно не было. Дворец спал.

Принцесса сунула в рот еще кусочек лепешки, налила в высокий фарфоровый стакан лимонада, запила. С сожалением взглянув на расправленную постель, подошла к окну, перекинула ногу через подоконник и спрыгнула вниз, благо было совсем невысоко. Прохрустев ногами по выброшенным драгоценностям, отошла, но быстро вернулась и подняла то, что попалось под руку.

Через пару минут она уже быстро шла в темноте по парку, стараясь сориентироваться и при этом избегать освещенных мест. Шла долго, минут сорок, пока не уткнулась в высокую, сложенную из белого камня ограду, и еще минут десять брела вдоль нее, слушая трели неспящих птиц и вдыхая тяжелый аромат ночных цветов. Узкий месяц давал тем не менее достаточно света, и она, издалека увидев калитку, побежала к ней.