Фрейлина специального назначения

«Хорошо, кто предупрежден — тот вооружен!» — радовалась я. Теперь настало время спросить главного совета.

— Во что тогда нам лучше одеться? В чем можно пойти на бал?

Женщина пожала плечами:

— Считайте это вашей домашней работой. Не могу же я, как ваш преподаватель, сделать ее за вас.

«Эм, я одна обратила внимание на эту скользкую формулировку ее ответа?»

Пришлось внимательно изучить улыбающееся лицо Трои и попытаться понять, резонно ли ляпнуть то, о чем думаю.

— А как фея-крестная? — тихо поинтересовалась я.

Улыбка блондинки стала еще шире и загадочнее.

— Оу! Как фея-крестная, я просто жажду подложить маленькую морскую свинку герцогу Эридану. — Ее стул опасно раскачивался из стороны в сторону, напрочь игнорируя все законы физики и гравитации. — Будут вам платья!

Сказать, что нашей радости не было предела, — ничего не сказать. Мы готовы были воспеть Трою в стихах и одах, а мысль о последних заставила вспыхнуть в мозгу не дающие уснуть вопросы, которые я хотела задать преподавательнице. Другое дело, что при девочках я об этом не хотела говорить, как же поступить?

Физкультурница прочла немой вопрос у меня в глазах и перестала раскачиваться на стуле:

— Что-то еще?

Плюнув на все, я просто попросила девчонок выйти на две минуты из комнаты, пообещав позже все объяснить.

Крис и Фиса обиженных строить не стали, лишь, зыркая любопытными взглядами, пробормотали что-то про ночное обжорство и желание скушать пару бутербродов перед сном. Правда, им пришлось некоторое время повозиться, разгребая сооруженный перед выходом из помещения завал, но едва дверь за ними захлопнулась, я, как на духу выпалила:

— Все из-за Глеба! Он назвал меня своей музой, и я теперь не знаю, как себя вести.

Троя закатила глаза.

— А я при чем? Неужели я похожа на его лечащего врача-психиатра?

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, но вы же знаете, что он притворяется. Он упоминал о вас, сказал, что раньше вы были его вдохновительницей.

Троя расхохоталась, искренне и открыто.

— Нет, музой он меня никогда не обзывал.

Не удивляйся, из его уст это почти оскорбление — мотыльки-однодневки. Я рада, что ты не поддаешься на его дешевые ухаживания. Он охотник и ловит от этого процесса кайф. Ожидание и предвкушение добычи значат для него гораздо больше, чем наслаждение победой.

И все же Глеб оставался для меня загадкой. Не понимала я, в чем заключалась его победа.

— Но он же не спит с курсантками, в чем смысл такой охоты?

— Он охотится за душой и доверием.