Фрейлина специального назначения

— Как можно быть настолько невежественной, чтобы не знать таких элементарных понятий?!

Но наша Крис была неробкого десятка и попыталась даже огрызнуться:

— Так научите, вы же здесь педагог, а не я!

— Закройте рот, милочка! Запомните, украшение любой девушки — это молчание и благодетельность! И чтобы вы усвоили урок, к следующему занятию вся ваша тройка должна выучить первые десять страниц из бессмертного произведения Льва Николаевича Толстого, — в этот момент от удовольствия у преподавательницы даже глаза закатились, — «Война и мир».

В общем, из всех пар порадовала только история. Милейший каменный Горгулий Арсений два часа рассказывал нам о королевских семьях, кулуарных сплетнях и о дворцах, в которых ему удалось поработать скульптурой за три тысячи лет своей жизни. Урок он проводил в необычной форме — беспричинно переключался с одной истории на другую, постоянно отвечал на любые задаваемые курсантками вопросы и временами засыпал. В общем, такой преподаватель пришелся по душе всем — не предмет, а отдых для души.

Правда, радовались мы недолго, потому что в конце занятия Горгулий уточнил, мол, экзамен по предмету будет принимать лично ректор Милонский, а сам Арсений только вопросы к билетам напишет.

Уже ночью, лежа в темноте на своей кровати, я услышала, как тихонечко всхлипывает Анфиса.

— Эй, ты чего?

В ответ послышалось лишь громкое шмыганье носом.

— Фис, что случилось? — уже настойчивее спросила я.

— Я что, правда, такая страшная? — новый приступ рыданий раздался из-под одеяла.

«Ну вот, блин! Злыдня-Эридан!»

Разве может мужчина так высказывать девушке мнение о ее внешности! А ведь днем, на людях, Анфиса держалась молодцом. Не было по ней видно, что слова Эридана так больно затронули ее душу.

«Белобрысый урод!» — продолжала мысленно возмущаться я.

— Нашла, кого слушать, одноглазого мужика! Тоже мне экспертное мнение! — вслух начала психотерапию. У тебя потрясающая фигура — высокая, статная, все части тела нужной формы и приятных округлостей.

Да за тобой мужики толпами должны ходить. Чего же ты ревешь, дурочка?

— Я на ли-и-цо-о страшна-а-я! — продолжала сокрушаться подруга и еще громче зарыдала.

Тут я не выдержала.

«Вот же скотина блондинистая! — мысленно рычу и матерюсь. — Комплексы в моих подругах развить решил! Не на тех напал!»

— Дамы! — громко заголосила я на всю комнату и вскочила с постели. — Подъем!

Громким хлопком в ладоши заставила магические фонарики озарить помещение ярким светом.