Мракадемия

Вы разве не слышали, молодой человек? Вы и ваши спутницы — под особым контролем господина ректора. Без его разрешения ворота вас не выпустят, не говоря уже о защите.

Он махнул рукой за наши спины, мы дружно оглянулись, и челюсть у меня отвисла: железные ворота уже не валялись в пыли, они стояли на месте, как ни в чем не бывало! Совершенно бесшумно! Причем, выглядели такими же покосившимися и ржавыми, как и раньше — тронь, и рассыплются.

Вот это мастерство! Вот уж точно как в поговорке: “Где вход за грош, там выход — золотой”.

— Прошу всех людей пройти за мной. И вас, молодой человек, — старик еще раз предупреждающе взглянул на растерявшегося Конрада, — за остальными придет мой коллега.

— Понял, — по-военному отрапортовал друг. — Только как же без меня господин Януш и лавка? Надо бы его как-то предупредить... — тихо добавил он.

— Мы что-нибудь придумаем, — уверенно сказала я и взяла за руку и его.

Мы, в конце концов, столько лет прожили бок о бок с моей мачехой, уж тут-то справиться должны?

Мэтр Зельдий повернулся к развалинам.

Я думала, маг откроет для нас портал, но он, опираясь на трость, взошел по ступенькам на крыльцо, стукнул кончиком трости в трухлявую на вид дверь три раза, и та вместо того, чтобы рассыпаться, раскрылась, явив нашему взгляду ошеломительную картину: рыдающую Эрджи в объятиях двух прикованных цепями к стенам скелетов-охранников.

Позади этой невероятной композиции виднелась еще одна запертая дверь, железная. Теперь понятно, почему сестрица не смогла вырваться из ловушки, пользуясь своим немаленьким весом — в таком тесном пространстве между двумя дверями и без скелетов не пошевелиться, а тут еще стражи.

Выглядела Эрджина ужасно — платье порвано в драке, чудесные белокурые волосы висели клочьями. Бедная, я даже злиться на нее перестала за кражу визитки.

Осознав, что на нее смотрит целая толпа, Эрджи покраснела и дернулась, вырываясь из костлявых рук. Скелеты держали крепко, да еще и издевательски клацали челюстями у ее лица.

— Да провались ты, урод! — всхлипнув, прокричала Эрджи и со всей мощи своей немаленькой комплекции стукнула кулаком по черепушке, благо, теперь, при распахнутой двери, можно было от души размахнуться.

Череп с хрустом отвалился и покатился под ноги мэтра Зельдия. А воодушевленная толстушка уже крушила второго некростражника.

— Остановитесь, мисси, — попытался вразумить ее мэтр.

Но Эрджи разошлась! Она пинала и чуть ли не грызла обезглавленные кости, вымещая на них всю обиду, досаду и злость.