Мракадемия

Осмотрелась по сторонам. Все писали тест, даже Эрджи, расправившись с очередным яблоком, старательно скребла карандашом по листку. Низко склонил над столом голову рыжий, и плечи у него слегка подрагивали. Что это с ним? Конвульсии? Падучая? Хорошо, что скоро придет целитель!

Краем глаза я заметила какое-то движение наверху, на галерее, но, когда подняла взгляд, никого не обнаружила.

Зато распахнулась парадная дверь в зал и явила нам мэтра Зельдия в сопровождении высокого, тощего и очень бледного человека в голубом халате и целительской шапочке.

— Ну-с, и кому тут так плохо, что даже меня не боится? — спросил лекарь, не дожидаясь, когда его представят публике. Пренебрегать этикетом в любых обстоятельствах— единственная привилегия целителей, чем они пользовались без стеснения.

Он безошибочно нашел взглядом Эрджину и вытащил из кармана огромный скальпель, спиртовку и зачем-то огурец. Небольшой, пупырчатый и соленый, судя по блеклому цвету. Пышка заинтересованно воззрилась на огурец, провожая овощ взглядом до самой его кончины в зубах целителя.

Зубы оказались с огромными клыками. Да он же нелюдь! И, может быть, даже нежить! Неужели вампир? Как? Мы же, я имею в виду Темное королевство, с ними воюем!

— Приступайте, магистр Грызыш, — кивнул ему мэтр Зельдий.

Эрджи вскочила, опрокинув стул, и отбежала к задним партам с криком:

— Я здорова! Абсолютно! Никогда ничем не болела и не собираюсь! Не подходите ко мне!

И присела, спрятавшись за могучими спинами парней.

— Пфе, какая трусливая девица, — скривился самый красивый и одновременно болтливый из флари. Кажется, его звали Грегор. — Валатор, я передумал, не бери ее, это плохая добыча.

Вампиристый целитель недоуменно моргнул на сбежавшую пациентку:

— Да, вижу, что дева не в обмороке. Хотя успокоительное не помешает. И кто же тогда тут болен? Зачем вы, мэтр Зельдий, меня отвлекаете по пустякам?

И тут мне стало благородного мага так жалко, что я ткнула карандашом в сторону рыжего.

Его конвульсии явно стали сильнее — плечи тряслись, а голова уже бессильно лежала на сгибе локтя.

— Кажется, вот он болен, — громко заявила я. — Посмотрите, какие у него судороги!

Рыжий вскинул голову и зачем-то ладонью закрыл рот, наверное, тошнит. Лесные боги, он еще и весь красный!

— Да у него жар! — воскликнула я.

Вообще-то это очень странно, жар у него, а босой ходила я...