Верни меня домой

Он время от времени выдавал мне какую-нибудь нужную вещь, но провести полную ревизию не разрешал.

– Завтра идем в деревню, – после недолгих размышлений объявила я.

– Зачем нам в деревню? – Лесек вскинул голову, прекратив помешивать овощное рагу. Громко постучал деревянной ложкой по краю котелка.

– Пора выбираться за пределы дома и налаживать контакты. Не может быть, чтобы вокруг не осталось ни одной души.

– А если эти души – враги? – мальчишка зло сверкнул глазами.

– Лесек, ты кого боишься? Магов или псов?

– Я всех боюсь, – заявила Ильга, опережая брата.

– Я останусь дома. Буду ему песни петь.

Я только вздохнула.

Утром вернулась к старому разговору.

– Лесек, собирайся. Если в деревне никого нет, то просто осмотрим дома. А если кого-то встретим, то попробуем предложить обмен. Мы им картошку, а они нам одежду. Возьмем любую годную тряпку. Сами переделаем или сошьем.

Я покосилась на то, что уже сшила. Плохая я портниха. Дети выглядели, как неандертальцы. Я немного укоротила свою шубу, но зато получилась прекрасная жилетка для малышки.

Она теперь не жаловалась, что замерзает.

– В живые дома заходить не будем, – отозвался Лесек, напяливая башмаки. – Себе дороже. Еще закроют. Я видел, как один дом впустил людей и не выпустил.

– И что с ними произошло дальше? – я пихнула его локтем, понукая к продолжению страшного рассказа.

– Что-что… Все умерли. Без воды и еды долго не протянешь.

Я покосилась на лестницу. Как бы и нашему «хозяину» не взбрело в голову однажды закрыть нас.

Надо бы заполнить всю посуду водой.

Я уже знала, что только очень богатые маги пользовались привилегией быть владельцами живых домов. Они строили их под себя, заранее определяя, какими свойствами должно обладать жилище. Народу попроще подобное было недоступно. Нам не стоило бояться заходить в дома земледельцев и скотоводов.

Иногда мы с детьми, конечно, пытались угадать, что умеет наш дом. Но не получали от него никакого отклика или подсказки. У меня совсем не было опыта общения с подобной магией, а брат и сестра, как я поняла, росли в небогатой семье.

Ну что же, поживем – увидим. Во всяком случае, намеренные разрушения дом прекратил. Ничего больше не сыпалось и не грохотало. Я очень надеялась, что с нашим появлением страдания дома от одиночества закончились.

Когда мы с Лесеком вышли на крыльцо, готовые отправиться в путь, я не скрыла улыбку. Мы мало чем отличались от лисы Алисы и кота Базилио.