Баба Яга против!

Брови свои подняла, как крылья ласточкины.

— До одежи твоей я тебя на спине донесу. А за место разговора буду тебе истории рассказывать. Молчать — неловко.

6. Тихомира открывает двери

Постой! Куда коня ведешь?!Ведь в замок ведьмы попадешь!Она приснится, а потомНа век останешься ты в нём.

Ияра. Хрустальный замок до небес.

Иван-дурак слово свое сдержал: нес Ясю на закорках, ни о чем не расспрашивая. Сунул ей окарину в ладони — на память, говорит. Душа ж его щедрая. И соловьем заливался про принцессу Зельду, героя королевского Линка, волшебное дерево и замок Хайрул.

И про песни окарины спасительные.

Путано, не особо связно, да и пересказ, наверное, на троечку, но вдохновенно так, что...

Чувствовала Яга дурой себя, а не что Иван — дурак. На прощание не вытерпела, спросила грустно:

— Ваня... а тебя правда называют дураком?

Он только улыбнулся в ответ да плечами пожал.

— Называют, — сказал.

— Почему?

— Чудной я, говорят. А ты не согласна, ясно солнышко?

Что ж она делает.

— Чудной. Но не дурак.

Ты, Ваня — замечательный, вот. Так и запомни.

Натянула шапочку свою красную, корзинку подхватила и убежала, прихрамывая. А Иван не бежал следом, как и обещал. Вот так и перед своей полянкой все еще стояла на опушке и слезы кулаками по щекам размазывала.

Яся даже не смогла бы себе точно ответить, почему «нет». Ну, потому... что она тут баба Яга. И это куда ближе к ее настоящей сущности. Она же девочка с душой старухи. А Яся... была сегодня, да сплыла по речке Смородине. Просто потому, что у Кики хорошо было.

И уютно. Так всегда не будет. А вообще — беречь себя надо. Вот. И сердце. Пуще чего угодно.

Вздохнула Яся еще раз. И едва собралась шаг сделать, как услышала позади зловещее:

— Куда идешь, Красная Шапочка?

Нет, ну это — банально. Обернулась Яся. Серый Волк, собственной персоной. Стоит — облизывается плотоядно.

— К бабушке, — съязвила Яся, покачивая корзинкой. — Пирожки несу.

— А где твоя бабушка живет? — пряднул ушами Серый Волк.

— Да вот же, — ткнула Яся в развалину, которой прикидывалась избушка.

— Ты коня царевича давеча съел, не слипнется?

И грозно очами сверкнула. Да не понял Серый Волк.

— А?

— Говорю — не расшалился ли ты, Серый? — топнула Яся здоровой ногой. — Ты знаешь, кто тут живет? Осмотрись-ка!

Волк покружил глазами, потом осторожно обнюхал ее платье, да так и сел.

— Баба Яга, — сказал он ошеломленно.

— Она самая, — кивнула Яся важно. — Так что ты у меня ту не нарывайся. Да, и Ивану... дурак который... говорить не смей.