Солнце краденое

первое же испытание на прочность — и я плачу, судорожно пытаясь скрыть свой позор.

— Простите, — прозвучало очень искренне. — Я спешил, но...

— Это вы простите меня за болото, — тыльной стороной ладони я вытерла слезы, исподволь наблюдая за лысым.

Он чем-то неуловимо напомнил мне капитана. Ощущением? Как же непросто мне не запутаться в этом. С даром Зеро словно бы широко открылись глаза, и весь мир вокруг стал таким ярким, что впору ослепнуть...

Этот мужчина ощущался, как темно-зеленый. Глубокий цвет, отливающий искрами виталита.

— Меня зовут Гесс, — он широко улыбнулся, и грубые черты лица тут же преобразились, словно подсвеченные изнутри. — Я второй инспектор и штатный биолог.

— Макар... — тут я осеклась, вдруг вспомнив, что Аверин здесь командир. — Инспектор о вас мне рассказывал, — сказала зачем-то. Чтобы отвлечься, наверное.

— Он в лазарете, снимает лечебный скафандр, — словно почувствовав мои мысли, ответил биолог. — Там... — Гесс явно замялся, — возникли некоторые осложнения. Он просил меня вас проводить и остудить пыл нашего доктора.

— У вас получилось, спасибо еще раз, — я прямо взглянула на Гесса, поймав его взгляд.

Приятное ощущение. Меня словно согрели. Слезы сами куда-то ушли, сразу стало спокойнее.

— Пойдемте, вас ждет отдельная каюта и, к сожалению, недельный карантин, — он развел грустно руками, как будто был сам виноват в карантине. Свет, падающий с потолка, ярко блеснул на его глянцевой лысине. — Я вам компанию составить не смогу, но как только капитан освободится, уверен, вы его сразу увидите.

— Он не предупреждал меня о карантине, — приняв почему-то протянутую мне руку, сползла с кровати и двинулась следом за Гессом, ощущая себя маленькой девочкой, которую вывели на прогулку. — И где остальные? Мой брат и...

— Их уже разместили в отдельной каюте. А что касается первого вашего вопроса, то, думаю, Аверин сам на него вам ответит. Я могу лишь гадать.

Мягкая вежливость, тихий низкий голос так удивительно контрастировали со всем внешним видом биолога, что я притормозила.

Интересно, а каков все-таки мой Аверин?

37. Лазаретное

«Сова», имперский фрегат A- IIV класса. Орбита Кеплер D звездной системы Кеплер 47, созвездие Лебедя

Трудно оценивать степень той ярости, что бушевала в душе капитана Аверина. Давно уже он так не злился.

И поводов было достаточно.