Солнце краденое

Будут два монстра в скафандрах руками махать и мучительно спотыкаться. Телом нужно владеть, а не уныло болтаться, как... Ладно. Раздражение — в сторону, тем более, что капитану, действительно, стало значительно легче.

— Принимаю ручное управление кораблем! — голос чудовища, в которое превратился Аверин, был под стать общему образу ЭТО. Замогильный, как говорили их древние предки. — Петрович, доложить о готовности перехода к «Прыжку».

Со времен его первого выхода в Сумерки прошло уже более полутысячи лет. Открытое совершенно случайно, оно выпустило человечество из тесной клетки планеты Земля в мир бесконечности.

И... впустило в Империю.«Загадочное и опасное подпространство», «пятое измерение» — как их только не называли. Живущие по своим строгим законам, не ведающие жалости к тем, кто их не желает принять. Почему Макар каждый раз вспоминает об этом?

Какое вообще дело разведчику и инспектору до каких-то там давних историй?

Он не мог дать ответ на этот вопрос, но чувствовал: Сумерки продолжают скрывать в себе множество тайн и ответов на самые сложные из загадок всего космического человечества.

Бездна, в которой не было места общей физике, где не было времени и привычного всем пространства.

Прыжок в Сумерках до сих пор являлся очень сложным процессом. Современный корабль класса A- IIV, к которому относилась «Сова», мог преодолеть пространственный барьер без особых энергетических потерь и выйти к маяку навигации практически без погрешностей. Путешествие через галактику требовало поправок, а потому все дальние маршруты проводились отрезками в Сумерках, точки привязки в которых и были теми самыми «маяками».

Эти самые маяки, силой мысли привязанные к случайно обнаруженным точкам в Сумерках, имевшим устойчивые координаты, представляли собой настоящие станции. К сожалению, в коротком броске к планетарной системе в созвездии Лебедя заходить на маяк не было ни малейшей нужды. А быть может, и к счастью.

Аверин всегда вводил судно в прыжок самостоятельно и вручную, доверяя своей интуиции куда больше, чем даже Петровичу.

Быстрая сверка маршрута, и экипаж разошелся по штатным местам.

Ну как «разошелся», скорей, все расползлись, цепляясь за поручни стен. Ведь система имитации комфортного тяготения была включена теперь лишь в лазарете. К счастью для капитана, его новый «костюм» обладал автономными утяжелителями.

«Кастрюлька», как Гесс обозвал свое любимое детище — биореактор, «сварила» им уровень энергетического резерва, достаточный для прыжка.