Лучший способ спрятаться

У него оказывается очень красивый профиль, как у статуи в императорском музее, в котором я была в прошлый выходной.

Незнакомый мне блондин относительно быстро падает на пол. И над его головой вращаясь в воздухе летит кусок стекла. В меня летит. Если проследить траекторию, то в район шеи.

Забавно, но нарисовать траекторию у меня время есть, а сдвинуться или повернуться… казалось я застыла как ледяная статуя. Молча смотрю.

А вот шеф – молодец, успевает выбросить руку. Как завороженная я смотрю на стекло, которое режет кожу у него на руке и во все стороны, в том числе на мое лицо, летят алые капли крови.

Немного сменив траекторию, окровавленный кусок стекла слегка проходится по моей щеке и улетает куда-то за спину.

Звук. Что-то бьется, ругань ребят. Теперь я могу слышать.

***

Прижав к груди тетрадь, я так и стою не двигаясь. Что-то происходит вокруг, но мозг это что-то не фиксирует. Я как будто выпала из реальности и прихожу в себя, заслышав хриплый голос шефа.

- Василий Васильевич, сначала осмотрите девушку.

Перевожу взгляд на коллегу Миланы. Невысокий седой доктор работает в морге последние лет тридцать. Дольше просто никто ничего не помнит. Сейчас он, усадив шефа на стул, негромко ему выговаривает.

- Ярослав Александрович, и когда это вы успели получить медицинский диплом? Не успели? Значит – не мешайте. Я врач и мне лучше знать с кого начинать осмотр.

Его внимательный взгляд прошелся по мне с ног до головы.

- У девушки – предварительно шок и царапина на щеке, у вас – распоротая рука и перебитые вены. Вы кровью можете истечь раньше, чем я ее осмотрю.

Осознание того, что сейчас произошло, пока меня не накрыло, но то, что я чудом избежала смерти – я понимаю даже в таком заторможенном состоянии. Сев рядом на корточки снизу вверх смотрю в глаза шефа. Ярослав Александрович отвечает мне таким же прямым и открытым взглядом.

- Спасибо…

Мне кажется, что я кричу. Кажется, что сейчас все должны обернуться.

Но из горла доносится тихий шёпот. Мне не страшно. Не страшно, что подумают, додумают и скажут. Сейчас я вне условностей общества. Я чуть было не умерла!

Здоровая рука Ярослава Александровича лежит на колене, и я накрываю ее своей рукой. Интуитивно. Чтобы поддержать. Без планов и мыслей.

Твою ж!!! Больно-то так! Видения нахлынули такой толпой, что я не могу сделать быстрый вывод. Не могу понять – к добру или худу.