Огненное сердце Карадонора

Мы с Мурэном покорно послушались и стали ждать разрешения приблизиться.

За спиной раздался грохот и звук отъезжающей двери.

– Все, прошу, проходите.

Обернувшись, я направилась в сторону открывшейся сокровищницы. Узрев книги, разряженные артефакты и золото, я невольно восхитилась. Но, вспомнив про цель визита, быстро взяла себя в руки и стала осматриваться. Сначала аккуратно и медленно, а потом уже, перебирая все на пути. Я не знаю, сколько потратила на поиски времени, но когда ноги начали дрожать, я села на сундук и разрыдалась.

Надежда ускользала сквозь пальцы, я обыскала каждый угол, осмотрела каждый камень, и ничего… Связываться с другими драконьими землями очень опасно, можно и не вернуться обратно. Мгла, скорее всего, уже знает об убийстве своего приспешника. Рисковать нельзя.

– Я читал в дневнике про этого дракона, – медленно заговорил Крамас, указывая на глиняную статую на постаменте, – может я что-то путаю или там неправильно написали, а может то была другая статуя…

– Да говори уже, Крамас! – не выдержала Бриса.

– В дневнике писалось о зелёном драконе, сверкающем на солнце, но никак не о глиняном.

Вместе с догадкой, надежда вновь подняла свою голову. Резко подскочив с сундука, я бросилась к глиняному дракончику и начала осматривать того со всех сторон. Тяжёлый, с меня ростом, с собой не поносишь, но все равно нужно проверить. Поскребла ноготком глину, но та не поддалась.

– Арх, если я ненароком уничтожу эту великую память ваших предков, чисто случайно, Вы сильно расстроитесь? – тихо спросила я безобидным голоском.

– Пока не знаю, но обещать ничего не буду.

Кивнув, я собралась и положила руки на тельце глинистого дракона. Выпустив силу огня, раскалила засохший материал, который вскоре и осыпался к моим ногам. Я боялась открывать глаза, чтобы не увидеть пустой постамент, но услышав восторженные возгласы, все же рискнула посмотреть.

– Святые хранители…, он и вправду зелёный. А как сияет от факела, – радостно захлопала в ладоши я, – теперь осталось лишь проверить на работоспособность.

Мои руки ложились уже на холодный камень, а я мысленно потянулась к девочкам, к Вере, которая всегда носила балюр на браслете. Тишина… темнота… и вспышка.

– Тара? – удивленный возглас подруги, – Какого ты там делаешь? И где это ты так? Ты же минуту назад была со мной рядом! Куда тебя успело занести? А ну, говори давай! А иначе, твоя бабушка меня знаешь с чем съест?

– Вера…, – я не могла ничего сказать, слезы покатились по щекам и я всхлипнула.