Два мира, одна любовь

– Крис, нажми на точку, чтобы отпустило! Ай! Быстрее!

- Эй! – возмутился Этан, но я уже подбежала к Прейду, спрашивая:

- Куда нажимать?

- Вот сюда! – показал Ник пальцем. – А потом ниже, я туда не достаю, надави и разотри по кругу.

Я сделала, как он просил, и руки запылали.

- Еще пониже, вот так, да! Оу, да! Отпускает!

- Прейд! — возмутился Этан, севший на кровати от возмущения.

Черт! Что я делаю?!

А, может, его и правда заклинило, а я…

- Расклинило? – спросила, заглядывая в лицо Нику.

- Немного, но…

- Вот и отлично! Дальше тебе Кроф хочет помочь! Вон, как возмущается, что я до тебя дотрагиваюсь, — я повернулась к Этану и показала на лежащего в шоке Прейда: — Он твой!

А потом шлепнулась на кровать прямо в одежде, чувствуя полное бессилие.

Еще день! Еще завтра! Я продержусь!

Обижено сопение раздалось с обеих сторон. В комнате резко похолодало.

- О, отпустило, — Чакки с удовольствием накрылся одеялком, и сладко зевнул: — Крис, может, и мне массаж как-нибудь сделаешь?

- НЕТ! – гаркнули одновременно Этан и Ник так, что я подскочила на кровати.

Вот еще! Будут эти двое решать, что мне и когда делать!

- Может быть, - буркнула в ответ.

***

Рано утром я проснулась, как от толчка. В холодном поту, мокрой насквозь пижаме, и с бешено стучащим сердцем. Нервно огляделась по сторонам, заметив мирно спящие силуэты ребят, и задышала медленней, успокаивая дыхание.

Это сон! Неправда! Я так сильно не попала!

Перед глазами замелькали картинки сновидений: вот я в белом свадебном платье иду к цветущей арке, у которой меня ждут улыбающиеся Ник и Этан.

Когда я подхожу, мужчины галантно протягивают мне по руке, и я кладу руки в их ладони. По безымянным пальцам скользят два кольца, и я стараюсь подарить любящую улыбку каждому, никого не выделяя.

Рядом на стульчике рыдает та девчонка, что бросилась мне на шею на балу, утирает слезы платком.

С цветущей арки падает алый бутон, а на земле становится черным. Второй бутон повторяет судьбу собрата и чернеет рядом, потом третий.

Великолепные цветы осыпаются на землю, становясь угольками, все быстрее и быстрее, пока не остается колючая, словно терновый венок, арка из стеблей и иголок.

Ник и Этан счастливо улыбаются, не видят, что происходит за спинами. А тем временем бутоны-угольки превратились в черный песок, который медленно, словно мелкие мушки, поднялся вверх, и закружился в водовороте смерча. Столб черноты стал плотнее, а потом и вовсе соткал фигуру человека.