Шепот песков

Он мой взгляд заметил, подступился ближе, и, пока Морок договаривался с трактирщиком, тихо шепнул:

— Ты по ним обо всех не суди. Сейчас здесь собрались бездельники да пьянчуги. Остальной люд к темну подтянется.

Я кивнула улыбнувшись. Не то чтобы меня это сильно беспокоило, но отчего-то спокойнее стало.

Морок тем временем получил ключи и повел наш маленький отряд вверх по лестнице. Напротив третьей слева двери остановился, вручил ключ Итвану.

— Ты здесь, следующая Артиста, — он указал вторым ключом на другую дверь.

Рыжий расплылся в довольной улыбке и, выхватив ключ, нырнул в свою комнату раньше, чем Морок достал третий.

— Мы с тобой напротив, — ткнул он пальцем на противоположную сторону коридорчика.

Мои глаза полезли из орбит. Слова застряли внутри, не в силах преодолеть барьер из возмущения.

— А ее предупредить ты, как всегда, забыл, — едва слышно хохотнул Итван и, прежде чем я все же смогла его поблагодарить за поддержку, спрятался в своем номере.

— Ты! — прошипела я, но Морок возмущение проигнорировал, шагнув мимо меня к двери.

Быстро отпер ее и вошел, вынуждая последовать за собой. Ну не стоять же посреди коридора! Захлопнув дверь, резко обернулась, желая высказать все, что уже рвалось наружу.

— Хочешь спать с кем-то из тех, кто остался внизу? — сухо спросил Морок, не обращая внимания ни на мою злость, ни на собственно меня. Прошел вглубь комнаты. Бросил вещи на кровать и зарылся в сумку.

Я недоуменно захлопнула рот. Огляделась, с некоторым стыдом отметив наличие второй кровати.

— Почему с ними? — поинтересовалась хрипло от сдерживаемых эмоций, но вполне мирно.

Морок оставил в покое вещи, повернувшись ко мне. Вид у него был мрачный, но при этом слегка насмешливый.

— Если ты не спишь с кем-то из спутников, значит, свободна и ждешь своего... мужчину в комнате.

Как же бесит эта его кривая едкая ухмылка.

Покосившись на дверь, все же пошла к своей кровати. Не нужны мне никакие мужчины.

— Но почему с тобой? — возмущенно зашипела, по примеру Морока выгребая из сумки вещи в поисках приличной пижамы, точнее, того, что может за нее сойти.

— Да и вообще, расщедрился! Мог бы одну на всех комнату снять!

— Не нравится, можешь проваливать, — неожиданно грубо отрезал он.

Я удивленно обернулась, пытаясь понять, что же его так уязвило. Морок стоял, повернувшись ко мне, но на лице играла насмешливая ухмылка. Может, только глаза излишне холодные. Словно я ослышалась, и звучали вовсе не его слова.