Шепот песков

Став на четвереньки, я поползла назад по переулку, по которому мы шли. Но там раздались глухие шаги, а после появились еще три личности в балахонах. В руках один из них крутил длинную цепь, перевитую алыми разрядами. Лениво, не прицеливаясь, швырнул ее вперед, к застывшим мальчикам.

— Сзади, — взвизгнула я и... зажмурилась.

Болезненный удар отбросил в сторону. Впечатал в стену. Распахнув глаза, проследила, как алая вспышка цепи выбила из невидимости Морока. Тот прокатился по камням и тут же вскочил на ноги. Шагнул в сторону и вновь исчез.

Артист, работая голубыми клинками, как собственными руками, отбивался от троих балахонов. Но брошенная сверху цепь обвила правый клинок, рванула. Тот потух и исчез. Артист кинул наверх злой взгляд, словно Брюс Ли кувыркнулся в воздухе, отправив ногой самого близкого противника к стене. Стал, вновь запалив оба меча.

Итван зло ревел, перетягивая с балахонами две цепи, оплевшие его руки. Рванул обе по очереди, заставив балахоны подойти. Ухватился обеими руками за правую и дернул, лишив равновесия ее создателя.

Тот полетел вперед, беспорядочно маша руками и перебирая ногами. Наткнулся на возникшего Морока и осел на землю бесформенной кучей. Морок вновь исчез. А Итван дернул вторую цепь. Но ее создатель, впечатленный расправой, отпустил. Цепь тут же рассеялась искрами, а в руках балахона зажглась новая.

Троица прошагала мимо меня. Один из них оглядел быстрым, острым взглядом и отвернулся. Словно я пустое место. Хотя в этот момент так и было. Никчемное существо, только мешающее парням уйти.

Разом три цепи прошли по улице хлыстом. Швырнули Морока на камни. На этот раз поднимался он гораздо медленнее. На доспехах чернели пугающие полосы. С руки капала кровь. Но на улице прибавился еще труп балахона. Итван схватил в горсть несколько цепей, подставляя остальным спину. Нападавшие радостно швырнули к нему свои создания и не заметили, как Артист, оттеснив от себя троих противников, метнулся вбок. Полоснул сначала одного, занятого Итваном, затем другого. Поднырнул под несущуюся к нему цепь и бессильно рубанул воздух вместо третьего.

— Холь, — я дернулась, едва не завизжав. Морок проявился, стоя передо мной на коленях. Взял за руки и быстро проговорил, — не говори кто ты. Что бы ни случилось, не говори.

Он поднес мою руку к губам, поцеловал пальцы и вновь исчез.

Я перекатилась на колени. Обняла стену, вглядываясь в битву.

Итван вновь стоял, оплетенный цепями. Одна из них захлестнула горло, оттягивая голову великана назад.