Власть и масть

Но потом осознал, что это совсем не тот случай, когда можно было бы избавиться от него одним росчерком пера. За ним стоят весьма серьезные силы, с которыми считается ближайшее окружение Президента. Он уже далеко не соринка, которую можно смахнуть с рукава. Кроме того, чрезвычайно популярен. Просто так не получится. Люди, которые его поднимали, допустили большую ошибку. Он не только подмял их, превратив в своих марионеток, но теперь метит на роль национального лидера. А здесь, сам понимаешь, угроза государственным интересам.

Так что устранение – наиболее целесообразный выход. Еще вопросы будут?

Неприятно и очень неожиданно в нагрудном кармане завибрировал брелок, обнаружив радиоактивное поле. Не показывая навалившихся недобрых чувств, Федор Анатольевич аккуратно посмотрел по сторонам. Почти все лавки были свободны (в дневное время бульвар был не столь популярен), на ближайшей расположилась молодая пара; скамейку через дорожку занял старик, что-то усердно чертивший кончиком трости по асфальту.

Радиочастоты могли исходить только с этой стороны. Но вот кто из них?

Молодая пора слишком занята собственными желаниями. Кроме того, он с Николаем подошел к лавке почти одновременно с молодыми, опередив их на какую-то минуту.

Остается старик.

С точки зрения оперативной работы выбор сделан грамотно. В силу возраста на дедулю вряд ли кто обратит особое внимание, зато опыт у него, должно быть, гигантский. В конторе любят для разовых дел привлекать вот такие несъедобные грибы.

Старик появился сравнительно недавно. Поначалу простаивал немного в сторонке, о чем-то соображая, а потом решил разместиться на противоположной скамейке. Как только присел, решил включиться в игру. А расстояние между скамейками вполне достаточное, чтобы записать разговор.

Правда, остается неясным, кто же против него на этот раз решил работать? Какая-то третья самостоятельная сила или все-таки решили подстраховаться свои и устроили некоторый тест на вшивость? Ладно, со временем выясним.

Скупо улыбнувшись, Николай отвечал:

– Все понятно. Когда приступать?

– Считай, что ты уже приступил. Можешь выезжать уже сегодня. Пойдем, – поднялся со скамьи Федор Анатольевич, зябко поежившись, – что-то стало прохладно.

Вибрация прибора прекратилась. Не удержавшись, Федор Анатольевич обернулся: по аллее, опираясь на трость, ковылял долговязый непримечательный старичок. Весьма безобидное создание.