Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть

― Какой, к черту, Федя? ― Вэй взревел, выпучив глаза, ― я специально добавил этот чертов драконий пот, чтобы вот такие вот идиоты шли на верную смерть, а в твоей жизни появился какой-то Федя?

― Ну… Феодосий … Черный дракон рядом с Эрмером…

― Это который жрет все, что шевелится? ― тут свои эмоции показал Ровэн, вытянувшись на стуле, ― который ненавидит магов и доспехи ваших рыцарей в качестве зубочисток использует? Ты как вообще додумалась к нему идти?

― Говорю же, у меня не было выбора, ― я тихо пожала плечами, ― и времени тоже.

И так как я очень сильно хотела доказать свою невиновность, зная, что все равно меня убьют, я шла на крайние и безрассудные меры…

― И как ты договорилась с Федей? ― Вэй выпучил глаза, все еще не понимая, как произошедшее вообще могло случиться, ― только не говори, что этот жирный бес наматывал круги и потел на прихоть своим сородичам?

― Да нет… Вообще я передумала добавлять пот, посчитав, что это странный ингредиент для зелья. Посмотрела на огромного голодного Федю и махнула на него рукой.

Он обиделся, хотел сражаться, но так вышло, что ему на тот момент нужна была ведьма… ну, я и помогла ему…

― Что ж ты сделала для нашего Феодосия, что он позволил тебе живой уйти? ― Вэй все еще не верил, продолжая смотреть на меня с диким непониманием в глазах на пору с Ровэном.

― Я нашла труп в его сокровищнице…

― ГДЕ? ― вот здесь раманш не выдержали. Вэй встал с кресла, но затем вернулся обратно, открыв от удивления рот. ― Ты была в его сокровищнице? ТЫ? В его сокровищнице?

― Да, ― прошептала я, постепенно осознавая, что Феодосий не так прост, и травка в пещере далеко не самая жуткая провинность в его списке, ― он не хотел пускать меня, но выбора не было.

Вонь стояла жуткая и шла явно из сокровищницы. Я оказалась права ― там лежало тело. Оно было неузнаваемо, поэтому понять, кто это, возможности не было. За эту помощь дракон и отдал мне несколько свитков, где сказано про раманш. Кстати… можно спросить?

― Ага, ― Ровэн кивнул чисто инстинктивно, он словно не осознавал, что я хотела что-то спросить у него.

― Там было написано, что перед смертью я увижу предел своих мечтаний. Что раманш принимают облик самого прекрасного мужчины или женщины, о котором только можно мечтать… Так это все обман или у меня проблемы со вкусом?

― Видимо, ты не похож на ее предел мечтаний, ― хмыкнул Ровэн, косясь на Вэя, ― непорядок, брат, непорядок. Прости, ведьма, но этот вопрос останется без ответа. Дальше рассказывай.