Защитник общины, или Варенье для Ярмила

Кармель отметила, что рядом находится автобусная станция — мало ли, вдруг машина окончательно сломается, а надо будет срочно куда-то ехать — и предложила Рычеку:

— Пойдем на рынок? Купим что-нибудь на бульон, я сварю суп, а еще посмотрим, есть ли какие-то овощи. Хочешь рагу? Или лучше салат?

— Не хочу, — лаконично ответил Рычек.

Кармель вздохнула и решительно направилась в рыночные ряды — пожилая волчица продавала куриные потрошки, из которых должен был получиться отличный бульон. Купив потрошки, она переместилась в колбасный павильон, оттуда — к зеленщикам, за луком, укропом и петрушкой, а оттуда к овощным рядам.

Кабачки, огурцы, редиска, картошка, чеснок, помидоры, и... о, домашняя сметана!

Кармель набила две сумки, купила Рычеку малинового петушка на палочке — пусть побалуется леденцом, пока она сварит суп — и возле почты вновь столкнулась с парой шакалов. Не вчерашних, других, но похожих — шляпка на даме, старомодный костюм на ее супруге. Кармель поздоровалась в ответ на приветствие, а хорошего дня парочке не пожелала — слишком много шакалов, любопытство неприятно ерошит шерсть шолчицы.

«Если будет совсем невмоготу — переедем», — подумала она, сворачивая в проулок.

Шолчица неожиданно заворчала — с явным недовольством, но не произнося ни слова.

«Я не хочу, чтобы кто-то лез в мою жизнь, — напомнила Кармель. — Хватит, я этим сыта по горло».

Глава 3. Ярмил. Метелица и Логач

Дед Зиновий Ярмилу радовался искренне, плату за гостеприимство брал историями о большом мире и спецназовских делах — не выпытывая секреты, а интересуясь тяготами службы.

И сам в ответ рассказывал то, о чем Ярмил осторожно начал расспрашивать. В первый приезд много не выяснилось, а когда Гвидон привез Ярмила в Метелицу во второй раз, у Зиновия гостил его брат, адвокат Клим. Деды ударились в воспоминания, и это открыло глаза на общую картину — далеко не все шакальи общины процветали. Были и зажиточные поселения, были и бедные, где обитатели или работали в коровниках, курятниках и на поле, или вносили ежемесячный денежный налог.

— Оттуда молодые бегут не от скуки, — объяснил Клим. — Как становятся совершеннолетними, уезжают, поступают в любые училища, чтобы получить профессию, или устраиваются подсобниками на перерабатывающие заводы, в пекарни, столовые — поближе к еде. Не хотят навоз вилами ворочать или огороды пропалывать. И это понятно.