Подлянка для попаданки. Часть 1 (ред. 2022 г.)

Бе… Жалко ногами мыть нельзя, они у меня тоже босые, и монстриле это возможно не очень понравится. Ладно, придётся руками.

Взялась решительно, не хуже бабули, думаю. В душе, конечно, морщилась от этого, но как говорится, захочешь жить – не так раскорячишься. Вот я и корячилась, тёрла. Даже под стол залезла, чтобы там тоже помыть. Только под лавкой и у запечного шкафа слегка махнула, потому что в углу паук сидел, а от печи жарко и почти ничего не видно. И так сойдёт. Не хватало ещё тут вкалывать, как рабыне. Может он меня завтра на мороз выпрет, а я тут буду слишком стараться.

В общем, у меня всё получилось. Любуясь на дело рук своих на то, как блестит мокрый пол, я едва не лопалась от гордости. Правда, стоять теперь можно было разве что на том небольшом сухом пяточке, что остался подо мной. Я ж не любитель шастать босыми ногами по лужам. Но мне ведь никуда и не надо, подожду монстрилу здесь, чтобы прямо с порога ткнуть в то, какая я молодец и как хорошо убираюсь.

Если бы знала, чем это потом обернётся, наплевала бы на всё и тихонько переждала бы бурю.

Но я ведь, как распоследняя дура, рассчитывала на благодарность, стояла у дверей, ждала. А этот свин, едва зашёл, огляделся и тут же заставил переделать. Причём заставил одним только взглядом. Откуда же я знала, что тряпку лучше выжимать надо! Я не занималась этим уже лет семь!

Что за трудовой лагерь? Я хочу домой!!! Верните Лёлю к отцу!!! Ну, пожалуйста…

Глава 10

После того как я тщательно перемыла полы под надзором Халка, так что теперь с него наверняка можно было есть, получила в благодарность только полную чашку вчерашнего разогретого рагу.

Только радовалась я недолго, потому что вскоре настал момент, когда поход до туалета стал для меня неизбежен. Но память о встреченном вчера волке была всё ещё слишком яркой, чтобы решиться на поход самостоятельно.

Монстрилу после его резкостей я, конечно, ненавидела, но другого выбора не видела. И надо было поторопиться, потому что Халк уже явно собирался уходить: обулся, одел тяжеленный тулуп и стал подвязывать его кушаком.

– Ха-а-алк, – тихонько подёргав его за рукав, любезно обратилась я.

Зовя его мною же данным прозвищем, я надеялась только на то, что он не обратит на это внимание, приняв за вежливое обращение моего народа. А что делать, я так и не вспомнила его дурацкое имя. Помню, только первые две буквы, «ки», а дальше пробел, полный. Но не страдать же теперь моей пятой точке из-за этого, в самом-то деле.