Солнцеворот желаний

Мокрая одежда аппетитно облегает округлые формы, и она облизывает губы, подсказывая, о чём сейчас думает сама.

И только Се́дов собрался притянуть её к себе, чтобы вспомнить, какая она на вкус, как что-то взметнулось вверх с высокими и мощными волнами, перевалившими через борт, и вырвало её из рук, при этом снося его с верхней палубы, что он стукнулся головой о мачту, теряя сознание. Последнее, что увидел мужчина, как Анка теряется в фонтане брызг за бортом, будучи в петле из чёрных длинных волос шелки.

Глава 18.

Какой бывает любовь

Селеста

Ночью меня тошнило. Скрутило так резко, что я чуть не захлебнулась рвотой, переворачиваясь на живот и падая с кровати на пол. Это было похоже, как окунуться в мокрый, густой туман холодной кожей. Я моментально взмокла и не могла остановиться, сжимая пустой желудок, слепо шаря рукой в поисках переключателя от настольной лампы.

Проснувшийся Никлос включил верхний свет, и, быстро оказавшись рядом со мной, ощупав мой лоб, заглянув в глаза и убедившись, что мне стало чуть полегче, самолично отнёс в ванную, где помог умыться.

Он кликнул прислугу, чтобы те прибрались в его спальне, заявив, что остаток ночи проведём у меня. И похлопал по спине, когда я попыталась возразить, но в процессе меня вновь скрутило и я упала на колени рядом с унитазом.

– Кажется, кто-то чересчур увлёкся коллекцией дорогих вин и настоек. И малым количеством еды. Тебе стоит быть осторожнее. И если уж начала, стоит подыскать достойного учителя, чтобы узнать свою меру и как правильно пить алкоголь, – мягко пожурил он, добавляя о коварстве сливовицы.

И пускай меня рвало сиренево-фиолетовым цветом, во рту вкус стоял совершенно иной.

– Просто убери из комнат цветы – меня от них мутит, – ответила, чувствуя, как от одной только мысли о сирени, усиливается тошнота.

Когда полегчало, ощутила небывалую свежесть с привкусом горечи во рту и лёгким ознобом. Тогда Ник прижал меня к себе, обхватив за талию и погладив чуть ниже живота. По телу прошла дрожь, будто вышла на холодную улицу во время дождя, и я как-то незаметно провалилась в сон.

А когда совсем заснула, перед глазами лишь на миг встал образ ненавистного сна, но вот и он исчез, уступив место новому долгожданному видению, и я про себя улыбнулась, рассматривая золотистые, вьющиеся волосы, добрую улыбку и почти слыша те самые слова, которые хранила запрятанными в дырке матраса.

Он идёт ко мне.

* * *

В следующий раз нас потревожил секретарь Никлоса.