Солнцеворот желаний

Магическая маска осталась в комнате – её размер не подходил человеческой форме.

Началось погружение.

Чтобы попасть в грёзу конкретного существа, необходимо иметь при себе ценность этого вечного. Разумеется, за прошедшие тысячелетия ничего не осталось, но Ктуул не был бы тем, кто он есть, если бы не нашёл выход.

«Ола меняет людей. Его талант прорастает из желания всё исправить. Жажда справедливости. Мщения, которое помещает в сердца страждущих, когда те теряют покой. Когда в груди образуется пустота. Ше́лки всегда знают, где найти таких девиц.

Они заражают их жаждой и те меняются. Это и смерть, и жизнь одновременно. Пока в груди держится заряд, утопленница существует. Заряд кончается и существо отправляется в небытие. Для нас очень удобно. Достаточно хотя бы одной, чтобы получить кусочек моего старого друга».

И Ник пошёл на это. Он поймал ше́лки и на алтаре под чутким контролем Ктуула в окружении морвиусов вырезал из груди сердце и заключил его в камень-амулет, с помощью которого найдётся бог Ола.

Ше́лки же рассыпалась речным песком.

Тьма давила со всех сторон и хоть глаза были открыты, Ник ничего не видел. Только чувствовал, как усиливается холод, как запах пропитывает кожу, въедливо впиваясь в слизистые, прорываясь сквозь защиту нориуса. Он ощущал лёгкое движение подводных вод, просачивающихся сквозь тонкие трещины в камне и нарастающее давление, с которым уже не справлялась его собственная тьма.

Вооружившись амулетом, он сосредоточился, пытаясь призвать грёзы.

Вечный обещал, что Ник сам поймёт, когда это станет возможным. В любом случае, мужчина уже слишком глубоко погрузился в подводный туннель, чтобы отступить.

Воспалившиеся раны ныли голубым пульсированием. Свет усилился, однако до дна не доставал, так что Ник подумал, что его вообще нет. Ему казалось, что он угодил в ловушку, так как стены вокруг становились такой консистенции, будто сделаны не из камня, а из жидкого песка. Только тронь – смажется.

Ему нестерпимо захотелось сделать это, а когда он осмелился и тронул бархат песка, его буквально втянуло внутрь, уволакивая куда-то во тьму.

Его кожа вспыхнула голубоватым серебром, разлетелись блестящие песчинки и Ник зажмурился, прикрывая глаза, однако свет прорвался внутрь, пропечатываясь на обратной стороне век, забираясь как лезвия в мозг, добираясь до самых сокровенных мыслей.

«Помни: если окажешься в своей грёзе – борись изо всех сил. Не принимай дары, отвергай их, ненавидь.