Солнцеворот желаний

Она, оттопырив мизинчик, держала в руках бокал розового вина, и что-то вдохновенно вещала нескольким скучающим придворным, которые из вежливости слушали её разглагольствования.

– Нет, я всегда поддерживала осушение болот, но к чему это приведёт, я вас спрашиваю? Нимфы, лишившись дома, воспылают к нам интересом и вылезут, чтобы пообщаться? Такие радикальные методы ничем хорошим не закончатся! – она прервалась, чтобы сделать глубокий глоток, а её перебил Август Бол, стоявший чуть поодаль, и от его слов лица присутствующих окончательно вытянулись.

– Однако осушение Лясских болот является расширением зоны приисков. И увеличению сельских угодий местных землевладельцев, в числе которых семья Вессайеров, которые только выиграли от неудачного переворота и теперь активно продвигают те проекты, которые им выгодны. Так что, дорогая Амалия, вопрос не в том, хорошо это или плохо, вопрос, когда и как глубоко. Хочешь сохранить текущий баланс? Сходи на открытые слушания, напиши пару писем от лица Магической академии с темой о вредных последствиях осушения.

Поищи выходы на Секретариат, – довольно рассудительно вещал мой секретарь, пока остальные как бы невзначай откланивались, боясь крамольных разговоров. Сейчас все были настороже, опасаясь влезать в политические дискуссии.

При моём приближении свет упал прямо на его оживлённое от воздействия чёрного вина лицо. Секретарь стушевался, запнувшись посередине предложения и теперь только ковырял фактурную ножку бокала, не зная куда себя деть.

Иногда я видела в нём большее, чем просто киснущего во дворце дракона, от скуки подавшегося ко мне в секретари.

– Амалия, ты всегда можешь написать мне письмо. Подробное, со всеми выкладками, чтобы мне было с чем идти на очередное собрание совета Женевры. Там дамы заняты исключительно пушистой и безопасной благотворительностью. Нужно сильнее шевелить это болото… – и я негромко рассмеялась из-за схожести сравнения.

Словно почувствовав, что атмосфера изменилась, Август под благовидным предлогом откланялся и мы с Малей остались наедине.

Скользнув глазами по залу, выцепила несносного Акроша, в своё время имевшего дерзость обвинить меня в заключении Винелии. Он, сверкая в полутьме серебром в волосах, держался в стороне и в невообразимых количествах поглощал виски. Почувствовав на себе мой взгляд, отсалютовал бокалом. Впервые он выглядел довольным, видимо он уже в курсе о полной реабилитации Винелии.