Нисхождение короля

И что будет дальше?

Мы доходим до самого конца – к самому маленькому помещению размером метров шесть. Здесь только один сундук, закрытый на замок, но именно он привлекает внимание. Я тянусь к нему, но Ник перехватывает за руку и отводит в сторону.

– Хочешь знать всё? – спрашивает спокойно, а белки глаз темнеют, насыщаясь нориусом. Он стоит слишком близко, и я делаю несколько шагов назад, боясь лишнего касания – память выводит наружу воспоминания и мне трудно дышать.

Заметив мою реакцию, король помрачнел, отводя глаза и прислоняясь к стене.

Я не решаюсь что-то сказать, дожидаясь, когда он успокоится. Как на меня действует нориус, так, вероятно, и на него воздействует ариус, иначе почему Никлосу так тяжело быть рядом со мной? Столько хороших слов вертятся на уме, хочу сказать, что понимаю его, что скоро станет легче, что завтра же начну «стравливать» ариус, и всё вернётся на круги своя, но... Есть и опасные вопросы, которые не задам даже под пытками.

«О, мой дорогой король, снятся ли тебе те же сны, что посещают меня почти каждую ночь? Что именно ты чувствуешь ко мне? Наша связь похожа на слияние зелёных драконов? Хочешь ли ты, чтобы она стала такой же, как у всех моих предшественниц? Поэтому ты взял Анку, чтобы было не так одиноко?.

.»

Нет, эти вопросы откровенны и опасны. Для меня самой.

Он отлепляется от стены и ведёт обратно в комнату. Открывает замок сундука нориусом и откидывает крышку. На серой от старости подушке покоится несколько вещей, но до чего же интересных! Почти все из них никогда прежде не видела, а то, что видела, имело иную форму.

От нерешительности застыла, внимательно разглядывая их.

– Не бойся, не укусят. Их можно трогать, – подталкивает Ник, и я тянусь в сундук, выуживая первый предмет.

Он продолговатый и удобно лежит в руке. Похож на камень, но слишком однородный, чуть толще страницы и с несколькими уплотнениями по бокам. С одной стороны, чёрный, гладкий и с зеркальным эффектом, а с другой бархатистый и изрисованный неизвестными символами над потрясающе детализированной картиной волка.

Я ещё раз потёрла его пальцами, но так и не смогла почувствовать мазки – непонятно, как это было нарисовано. Да и в принципе, что это такое.

Следующим вытащила то, что напомнило какую-то усечённую форму корсета. Две кружевные чашечки, соединённые парой петелек, из необычного мягкого материала. Затем выудила странные мягкие штаны с какой-то металлической штуковиной, где обычно делали пуговицы и вставляли ремень.