Нисхождение короля

Когда же она успела так прикипеть к нему, что не вырвать, не оторвать от тела хотя бы мысль о нём? О, девушка с кристальной ясностью поняла, что ради него готова пройти по лаве и льду. Спуститься на дно океана и затеряться в небесах. Она была готова на всё, кроме… потерять его.

А именно это он и хотел сделать, поэтому Анка сделала единственное, что могло остановить жестокое намерение. Она приподнялась на цыпочках и впилась в его губы жарким опаляющим поцелуем. Её тело нагрелось, и ледяная вода зашипела при столкновении с горячей кожей.

Их окутал густой пар, скрывая, как Никлос поддаётся огню, как он рвёт на ней мокрые тряпки, грубо раздвигая ноги и приподнимая над полом.

Здесь, в этой маленькой комнате, было слишком много нориуса, чтобы увидеть отчаяние и любовь.

* * *

Застёгивая пуговицы на рубашке, Ник равнодушно смотрел в зеркало на своё отражение. От бушующих чувств осталась только тупая ноющая боль у виска и холод неповоротливых пальцев. Он сознательно не оборачивался, зная, какой беспорядок оставил после себя.

Его жестокость требовала выхода, и девушка пришла как нельзя кстати. Как и всегда. Анка словно чувствовала, когда он не в порядке и занозой влезала под кожу, раздирая её до крови.

Именно такие следы он оставил на ней. Красная драконица лежит неподвижно, раскинув руки в стороны, стараясь как можно медленнее дышать, чтобы синяки поменьше ныли. Фиолето-синие «цветы» расцветали на шее, с внутренней стороны бёдер, на запястьях и груди.

Горячие подарки от любовника, забывшего в порыве страсти, как хрупка его любовница. Как нежна и тонка белая кожа. Как легко её можно повредить.

Анка слизывает кровь с губ – разошёлся след от укуса, но продолжает держаться. Глаза вверх, чуть запрокинув голову назад, чтобы слёзы не выступили, чтобы он не увидел, какую боль он причинил. Металлический привкус во рту кажется сладким нектаром.

Она всё ещё чувствует его между ног. Чувствует, как резко давило его тело, вдавливая её в постель.

Его дыхание возле уха. Его руки, шарящие по груди и шее. Закончив, он был внутри какое-то время, а потом молча отпустил её и начал одеваться.

А она не почувствовала привычного облегчения. Наоборот – её жажда только усилилась, смешиваясь с горечью поражения.

– Ты же меня больше не бросишь, Ник? Не покинешь?..

Король молчит. И не говорит очевидного.

* * *

В приёмной перед кабинетом душно.