Нисхождение короля

Его руки ласкают мою грудь, нежно сжимают талию, спускаясь к бёдрам, чтобы перевернуть нас и оказаться сверху, сплетая наши ноги. Он движется быстрее, чем я. Резче, насыщеннее и я сжимаю пальцами край простыни, выворачивая рукой, пока он прикусывает мою шею, слегка сжимая ладонью у основания.

– Арт, – голосок как у котёнка, тонкий, такой тихий – совсем не хватает дыхания от его быстрых движений. Я путаюсь в них, когда волна накрывает с головой почти болезненным грудным изломом. Меня выворачивает наизнанку, а он не останавливается.

И кажется, что свет вокруг потемнел, почернел, выцвел.

Его руки больше не нежные, не тёплые, не добрые. Вместо них – когтистые лапы, больно сжимающие грудь и шею. Его губы потеряли мягкость, под ними клыки как у акулы, они держат, словно я жертва, пойманная большой кошкой.

– Арт! – повторяю вновь, распахивая глаза, но видя перед собой лишь чёрные руки и маску безликого. Вокруг скалы и острые камни, тяжёлые грязно-серые тучи, зарницы молний, мокрый дождь. Холод ворвался диким ветром, он сдувает маску с лица незнакомца, обнажая…

– Никлос?! – мой крик совпадает с ударом молнии, и я теряю опору под ногами.

Его рука всё ещё держит за шею, но она соскальзывает, а он успевает перехватить меня за запястье. Вот только я боюсь его поддержки. Лицо короля – звериное. Дракон в обличии человека. И огонь, дикий чёрный огонь в его глазах, что стремиться пожрать, а не спасти!

Моя рука выскальзывает из его когтей, и я лечу вниз, разбиваясь об острые скалы, погружаясь в морскую пучину.

– Нет! – вскакиваю над кроватью, тяжело дыша, окружённая белоснежным ариусом, разлетевшимся в разные стороны, встревоженным моим очередным кошмаром. На крик загорается свет и в комнату влетает мама.

– Сэлли? – восклицает Алиста, с усталой тревогой глядя на меня. Привычным жестом она подхватывает со столика кувшин с водой, наполняет стакан и, присаживаясь на кровать, смачивает свежую тряпочку, чтобы утереть моё вспотевшее лицо. Позже она даёт мне напиться. А я пытаюсь собрать себя по кусочкам и вернуться в реальность.

– Почему они такие яркие… Почему не получается вспомнить, что я уже видела эти сны?! – в отчаянии говорю ей, а она прижимает к себе, шепча:

– Тише-тише, милая. Дыши глубоко. Сейчас всё пройдёт.

Пока она говорит, ариус возвращается под кожу, и становится легче. Но ненадолго. Этот сон повторяется раз за разом, и чаще всего, когда остаюсь одна. Артан, находясь на территории эльфов, стал недоступен для меня, – и кошмар возвратился.