Неждана

— Тятя, не ходи! Тятя, не надо! — умоляла Забава, прижимая к себе кота.

Но тут Влас как будто очнулся, сверкнул вороньим глазом. Он крепко сжал кулаки, наклонил вперед голову на бычьей шее и ворвался в родной дом через огромную дыру, прогоревшую в стене.

Он бежал влево, туда, где за печкой почти три последние года лежал немощный отец.

То был последний миг, когда все видели Власа.

Страшный треск расколол раннее утро. Крыша прогорела настолько, что сложилась внутрь дома. Полетели вниз тяжелые балки, покосилась печная труба.

Никто не заметил, куда подевалась со двора медведица.

Вскоре подоспел Ероха с тулупом, завернул в него орущих посиневших мальчишек, сгреб обоих в охапку и понес к себе в избу. Остальных погорельцев тоже начали разбирать по дворам сестры и братья Власа.

— А вы, знаете, я видел его глаза, — рассказывал потом всем Добросвет про отца. — У него стался такой ясный чистый взгляд, как был только давно, десять лет назад. Он все понимал, он чувствовал свою силу. Как проснулся будто после долгого сна.

..

Забава заревела, уткнувшись в плечо брата. Тетка Перегуда обняла ее за плечи и повела к себе греться и отпаивать взваром.

Разобрали по избам всех, кроме Нежданы.

Сорока нехотя отдала Богдашу в семью Златоцвета и жены его Искры. Бездетные они были, прикипят еще сердцем к Богданчику, потом назад сыночка не выцарапаешь. Но больше Богдана никто к себе не позвал, а Сорока не могла тащить больного мальчишку в худую избу Галки. Она сама не представляла, как снова будет жить с матерью. Овдовев, Галка давно прикладывалась к чарке, за избой не следила, за огородом не ухаживала, кормилась — кто чем подаст.

Сорока подсовывала матери какие-то денежки, но та все под чистую пропивала.

— Пойдем в избу, дочка, — негромко позвала Надея.

Она подняла Неждану из снега и повела к себе.

Глава 16. Бежать!

Густые щи обжигали губы, острая боль жгла душу. Не было сил поднять ломоть хлеба. Неждана отламывала от него маленькие кусочки и потихоньку жевала.

Надея посматривала на девчонку и с тревогой кидала взгляды за окно.

На соседском дворе еще дымились головешки и летали белые перышки. Уже почти полдень, солнце стояло высоко, светило ярко. Легкий морозец скакал снегирями по дальней рябине.

— Вернутся они, — наконец, сказала Надея. — Еще больше их будет, в оковы тебя закуют, чтоб не страшно было подступиться.

Неждана продолжала медленно жевать и глотала щи вместе с горючими слезами.

— Не оставят они тебе жизнь, — беззвучно ревела вместе с ней Надейка.