Личная Слабость мастера

И когда поняла, что на мне, кроме панталончиков, больше ничего и нет, была крайне благодарна Райсу за то, что не стал дожидаться моего пробуждения, а сбежал куда-то с самого утра. Даже если это «сбежал» не далее чем первый этаж полупустого дома. Все же рядом с ним в таком виде я чувствовала бы себя крайне неуютно. Одно дело полусонная после длинного и насыщенного дня, а совершенно другое – сегодня, в свете утренних лучей солнца.

Поднявшись с постели, я лениво потянулась и тут же широко улыбнулась. Какой странный вчера был день.

Напевая незамысловатый мотивчик, я быстро искупалась и, приведя себя в порядок, с улыбкой на лице спустилась на первый этаж, шлепая босыми ногами по прохладному полу.

Вот только мужа я там не встретила. Быстро проверив все комнаты, удивилась сверткам на кухонном столе и, заварив чай, пожав плечами, вышла на веранду с кружкой в руках. Правда там я чуть не ошпарилась, споткнувшись от увиденного. На крыльце стоял мой муж, судя по напряженной спине, он был чем-то крайне недоволен.

– Мастер Райс, ну что я вам врать что ля буду? Мамка отправила меня, сказала, что жене вашей обещала яиц!

– А я тебе еще раз повторяю, меня не предупреждали об этом ни твоя мамка, ни моя жена, так что брысь отсюда, маленький пройдоха.

– Ну, ма-астер, – заканючил, судя по голосу, ребенок, – вы меня сейчас домой отправляете вот, а там мамка меня полотенцем пониже спины отходит. Она злая сегодня, ух! Что вам, сложно что ля эти яйца забрать!

– Забрать, нет, конечно, не сложно.

– Да позовите вы свою жену, ну чего уперлись как баран?

– Что-о? – возмущенно выдохнул Даррел.

Больше всего меня удивило, что странный разговор происходил практически шепотом. Ну и, пожалуй, еще я была удивлена поведением Райса. Чтобы он вот так стоял на крыльце и не пропускал на веранду ребенка? Это что же там такое происходит?

– Жену разбудите говорю, – сплюнул мальчишка, – где это видано столько спать? Все бабы уже делами занимаются, а ваша…

– Сейчас я тебе уши оторву!

– Да за что?

– Чтобы думал в следующий раз, что говоришь и кому! Брысь, я сказал!

– Но мама меня ругать будет!

– С оторванными ушами-то? – вдруг хохотнул Даррелл.

– Как же, пожалеет она, у нее нога опять болит сильно, так что только добавит.