Скрижаль альтера

Они по-прежнему отчаянно рвались вперед, к Рэйву, а по-настоящему всполошились лишь после того, как кинжал в моей руке вспыхнул слепяще-белым светом и с такой силой ударил по глазам, что даже я была вынуждена прикрыть лицо ладонью.

Что после этого случилось с тварями, трудно описать словами.

Они в едином порыве взвыли, в голос заверещали и шарахнулись прочь, как вампиры от солнечного света. Всего мгновение назад они были готовы лезть по чужим головам, чтобы успеть хотя бы разок куснуть упавшего альтера, а теперь с истошными воплями бежали прочь, порой от усердия перепрыгивая через таких же всполошившихся соседей, лишь бы не дать льющемуся с моих рук сиянию коснуться их хотя бы краешком.

По освободившейся дорожке я добежала до Рэйва в два счета и, увидев распластанное тело в окровавленной, нещадно изорванной рубахе, буквально рухнула возле него на колени. Сабля лежала рядом ¾ наполовину утонувшая в песке, тусклая и совсем не похожая на ту сверкающую полосу стали, которая не так давно сеяла тут смерть и разрушение.

— Рэйв… не умирай… пожалуйста… — с трудом выдавила я, торопливо приложив пальцы к шее мужчины. 

К счастью, альтер был жив — спустя бесконечно долгую секунду я все же ощутила слабый толчок под пальцами. Проблема заключалась в другом — кинжал в моей руке начал постепенно угасать. Охватившее его сияние с каждым мгновением становилось все слабее. А вместе с этим и бегство пауков приостановилось.

Они замедлились, неуверенно заозирались. И было похоже, что в самое ближайшее время они вернутся, после чего даже чудо-кинжал меня уже не спасет.

— Рэйв! 

Я потрясла лежащего без сознания альтера за плечо, но затем увидела расплывающуюся под ним багровую лужу и вздрогнула. Кажется, нет смысла его будить — раны оказались слишком глубокими. Переворачивать его одной рукой было неудобно. Да и времени почти не осталось — словно исчерпав запас хранящейся в нем энергии, волшебный кинжал окончательно погас.

Отбежавшие на пару сотен шагов пауки тут же качнулись обратно. Я затравленно огляделась. Но спасения ждать было неоткуда — пустыня по обе стороны от разбитой дороги была девственно пуста. Никто не спешил нам на помощь по захламленной трассе. Никто не летел в нашу сторону на самолете. Кроме пауков и нас с Рэйвом, в пустыне больше не было никого живого. И совершенно некому было нам помочь.