Смерть Несущая. - 1 Последняя из рода Серебра

— И что? Мы его даже не знаем! — с отчаянием пролепетала я. — Ни кто он, ни как его зовут! Может, он вовсе и не тот маг, которого Дирк видел... Или вообще не маг.

Старик как-то странно на нас посмотрел, потом перевел взгляд лучистых серых глаз на меня, коротко вздохнул, видимо, что-то для себя решая, и заговорил.

— Меня зовут Орэн Канэри, и я действительно тот, кого видел этот ваш Дирк, — припечатал старичок.

Ким резко дернул плечом, высвобождаясь из моей хватки. Оправил рубаху и повернулся лицом к Орэну.

— Я Ким Аррели, а это моя сестра Мара. Фамилия нам дана в знак признательности, за заслуги нашего деда Элдая Аррели в Великой Северной войне. Мы — дети кузнеца из деревни на северной границе королевства Ирэми. И… для нас честь познакомиться с вами, эсс Канэри, — все столь же благоговейно продолжал распинаться мой братец.

Нет, ну это невыносимо! Еще бы ключи от нашего амбара ему всучил и карту нарисовал, где мама деньги хранит.

— Всю ночь учил, болван? — не выдержала я.

Старик поперхнулся смешком, но ничего не сказал.

— Сама ты дура! — взорвался Ким и что есть мочи схватил прядь моих волос и резко дернул вниз.

Ох, что тут началось! Резкая боль пронзила голову, и я с воплями со всей силы наступила пяткой на правую ногу брата. Мы дружно повалились на землю и начали кататься, как две дикие кошки, царапая и лупя друг друга по самым уязвимым местам. Всякий раз, когда я кусала его за предплечья, Ким начинал тянуть меня за волосы еще сильнее, ощущение было, что кожа вот-вот оторвется вместе с волосами.

Вот вам и братская любовь! Великая вещь!

Так бы мы, наверное, и убили друг друга на этой богиней забытой горе, а нашли бы нас лишь следующим летом или, и того хуже, вообще никогда бы не нашли, если бы нас не прервал совершенно восторженный заливистый смех. Так смеются лишь маленькие дети, впервые видящие что-то забавное, которые не скупятся поделиться своей радостью с окружающим миром.

Мы одновременно замерли. Ким лежал на мне, прижимая всем телом к земле, на кулак у него были намотаны мои волосы, но смотрел он совершенно в другую сторону. Проследив за его взглядом, я тоже замерла.

Орэн уже не стоял в проеме двери, а сидел, сотрясаясь всем телом от заливистых раскатов смеха. На глаза у него наворачивались слезы, которые он как-то нелепо утирал рукавом своей серой мантии. Мы продолжали лежать, боясь даже пошевелиться.