Проклятая фея. Истина во тьме

Так вот, когда они шли по улице, Рантор корпусом поворачивался к Лане и наклонялся, когда она что-то говорила. А когда мимо проходили стражники, ты видела, как ненавязчиво он оградил ее от внимания других мужчин?

– Ого! Признаться честно, я больше приглядывала за Лариниэль.

– И что она? – с любопытством спросил фей.

– Крылья трогала, – хихикнула я, пряча широкую улыбку за чашкой с ягодным взваром, – когда думала, что Рантор не видит и не почувствует. А еще подходила к нему ближе, когда ей что-то или кто-то не нравился.

– Что не так с крыльями?

– Насколько они чувствительны у фей? – задала встречный вопрос я.

– Очень, – слегка поморщился принц, – только мы стараемся не распространяться об этом.

– Вот и мы ощущаем каждое перышко, – усмехнулась я и встряхнула крыльями.

– Так уж и каждое? – недоверчиво переспросил мой собеседник. Кивнула. – Вот это да! С нами-то все понятно, а вот вы, пернатые, удивили.

– Эй! – строго шикнула я, но не смогла сдержать улыбки.

– Знаешь, будь я на месте Ланы, тоже бы погорел на подобном.

Как ты смотришь на то, чтобы сходить прогуляться?

Я-то не особо против, совсем даже не против. Вот только пироженки недоеденные оставлять жалко. Приняв волевое решение, отложила ложечку и поднялась. Валатиен не заставил себя долго ждать, встав следом.

– Ты иди, а я сейчас все оплачу и догоню.

– Если ты думаешь, что я стану возмущаться, то глубоко ошибаешься.

– Очень рад, – и, что меня удивило больше всего, это были искренние эмоции и слова.

Когда Валатиен вышел ко мне на улицу, окончательно и бесповоротно убедилась, что это судьба.

– Такими темпами я в тебя скоро влюблюсь, – хихикнула, а потом прикусила язык, осознав, что именно ляпнула.

Принц лишь улыбнулся, вручая мне пакет с логотипом этого самого ресторанчика. Заглянув, увидела маленькие пакетики и коробочки, в которых лежали разнообразные, источающие умопомрачительные ароматы, пирожные.

– Вперед? На поиски наших голубков? – прищурив голубые глаза, хитро и искушающе спросил фей.

Мне оставалось разве что кивнуть, мысленно поражаясь разительным переменам Валатиена.

Понимание того, что он – страшный и ужасный фей, также ушло куда-то на задний план. Забылось за восторженными писками моей маленькой, но упрямой сущности.

Лариниэль Лиатари

Я шла и куталась в новый теплый плащ. Нет, мне не было холодно, просто старалась скрыть широкую улыбку. Безуспешно. Взгляд то и дело соскальзывал то на мягкие меховые рукавички, то на профиль идущего рядом со мной демона.