Проклятая фея. Истина во тьме

Интересно, это на самом деле Арид Фартоор? Но почему тогда он скрывается? Может, прибыл инкогнито? Тогда не стоит задавать лишних вопросов. Улыбнувшись в ответ, отступила на шаг и благодарно посмотрела на Рантора. Он же подхватил мою ладонь и, поднеся к губам, коснулся в легком поцелуе.

– Беги, впереди сложная неделя.

Как же он оказался прав…

Глава 23.

Слишком быстро к нам, занятым своими проблемами и делами, подкрались Магические командные игры. День за днем проходил в учебе и подготовке. МЕПР была закрыта.

Как мне сказал Рантор, лорд Азор-Арид и был приглашен как раз по этому поводу, однако, результатов пока никаких не было.

Не было и потепления во взаимоотношениях с Эйманом. Ситуация лишь усугубилась после инцидента, произошедшего через два дня после нашей ссоры. Я задержалась после практического занятия и поэтому пришла на ужин с опозданием. Загрузив поднос, развернулась в поисках моей команды и замерла. За столиком сидели Эйман и Беатрис. Подавив в себе злость и желание выбрать другое место, подошла и поставила поднос между Моникой и Дарианой.

Получилось как раз напротив оборотня и целительницы. Где-то посреди ужина, когда я уже успела немного расслабиться и разговориться с подругами, Беатрис неожиданно подскочила, ойкнула и с глазами, полными слез, уставилась на меня. Замерев, я пыталась понять, что же произошло.

– Милая, что случилось? – заботливо спросил Эйман у блондинки.

– Н-ничего, – потупилась и пробормотала девушка.

– Бет, не молчи, очень тебя прошу.

– Ламина сильно наступила мне на ногу.

Наверное, случайно, – и еще тише добавила. – Третий раз уже.

– Ламина, ты опять? Я думал, ты угомонилась, однако опять принялась за свое, – вспылил Эйман, вскочив со своего места.

Я же сидела и ошарашенно смотрела на насквозь фальшивые, но для Эймана очень натуральные слезы. У Беатрис даже губы дрожали. Вот лицедейка на наши головы.

– Она врет, – веско бросила Рина, откладывая в сторону ложку.

– Я тебе не верю, – в ответ процедил Эйман и вновь принялся испепелять меня взглядом.

– Думал, мы сможем поговорить, помириться, но, вижу, ты совсем этого не хочешь. Жаль.

– Дариана права. Я сидела рядом с Ланой, и она вообще почти не шевелилась.

– Ника, пожалуйста. Не надо ее защищать.

– Милый, все в порядке, – пропищала Беатрис. – Ой! – и эти поганые слезы с новой силой хлынули из ее глаз.

– Ламина! – зарычал Эйман.

– Я ничего не делала!

– Врешь! – на руках Эймана появились когти, а несколько прядей превратились в перышки.