Человек дождя и слёз

А где Чебоксары, так все знают, что возле Чандрово, в километрах сто с лишним вверх по Волге от Казани. Ну, это местная шутка такая. Раньше, говорят, отчего-то Чебоксары на картах не рисовали, а вот Чандрово – это да. Вроде, соблюдали секретность.

У нас в городе было много самых разных дубрав – больших и маленьких, благоустроенных и не очень, с оврагами и без. Так сразу все и не вспомнишь, и они находились в разных местах. Парк Гузовского и Берендеевский лес на западе, Лакреевский парк и парк у ДК Тракторостроителей почти в центре, Ботанический сад на юге и дубравы помельче в нескольких других местах – везде росли эти священные деревья древних чувашей.

Здесь тоже оказался парк, но более ухоженный – с дорожками из брусчатки, чистый, аккуратный, конечно, с краюшка. Дальше деревья заслоняли всё.

Конечно, было видно, что наступило раннее утро. Солнце уже вовсю золотило верхушки деревьев. И за оконным стеклом слегка гулял весёлый звонкий ветер, раз зелёные листочки уже шебутно шевелились.

И это оказалось очередной странность!

Ведь последнее, что я чётко помнил из своей прежней жизни, так это унылые голые липы на другой стороне улицы Тимофея Кривова, кстати, когда-то вполне себе пламенного революционера. Получается, из поздней осени я перенёсся в настоящее знойное лето? М-да, такое и врагу точно не пожелаешь! Хотя, может быть, мне даже крупно повезло? Или не повезло?

Парк, похоже, был большим? Хотя, кроме деревьев, мне слева удалось разглядеть и часть здания, в котором я и находился.

Точнее, показались бело-серые кирпичные стены роскошного трёхэтажного особняка с повсеместной лепниной вокруг окон и небольшими колоннами вполне в древнегреческом стиле на парочке открытых балконов. Справа же виднелись только деревья. Людей, правда, пока не наблюдалось. Хотя, это было понятно – наступило только раннее утро, и все ещё просто спали. Это одному мне приспичило подняться так рано. И было стопудово понятно, что теперь мне точно не до сна! И он сразу же улетел в дальние дали.

Я решил вернуться в небольшой холл, оставшийся справа, теперь уже слева, по коридору. В принципе, он являлся стандартным. Там мне тут же попались в глаза просто шикарный широкий диван и перед ним уже небольшой журнальный столик под благородный орех. По обе стороны от них стояли деревянные кадки, тоже жадно раскрашенные под орех, с разными яркими цветочками, кстати, похоже, вполне себе настоящими.