17 дней пути некроманта

Но, Дух практически сразу склонил рогатую голову и опустился на одно колено, признавая мое преимущество. Рогатый. Демон что ли какой мелкий?

Сердце непроизвольно сжалось от свежего воспоминания, но я взяла себя в руки.

- Позволено ли мне будет сопровождать Хранительницу для служения в ее мире?- раздался рокочущий голос.

- Позволяю,- твердо ответила я. Покорный помощник не помешает.

- Я в вашей воле, Хранительница,- ответствовал он, выступая на один уровень со мной.

И я умерла.

И возродилась вновь в ту же секунду.

На меня обрушилось все счастье этого грешного и унылого мира.

Духом болотного источника был Даниэль!

День шестнадцатый

Сила источника медленно вращалась вокруг нас. Только теперь она не приносила дискомфорта. Наоборот, ластилась как пушистый котенок, требуя внимания. Такой сильной я не ощущала себя никогда в жизни. Магия наполняла меня, будоражила кровь. А напротив стоял он. Под легким ветром, обычным земным ветром, демонская ипостась сползала, улетучиваясь обратно в инферно. И вот я разглядываю до боли знакомые черты.

То же мужественное лицо. То же крепкое тело с развитыми мускулами. А в глазах отголосок боли.

- Дан...

- Не нужно ничего говорить, Свияга. Я рад, что...так вышло. Я рад, что ты выбрала себя, а не нас.

- Почему?- спросить ровно не получилось, слова вырвались с легким надрывом.

- Потому что в очередной раз убедился, что ты здравомыслящая женщина,- широко улыбнулся он. Дымка огорчения во взоре мужчины таяла как первая снежинка осенью.- Ты пришла за мной. Значит, я был тебе нужен.

Но от себя отказываться не стала. Зачем мне та, которая готова упасть в руки по первому слову?

Я нервно огляделась вокруг себя. А, вот эта подойдет! Схватив какую-то сухую ветку, я от всей души огрела противного демонюку по плечу.

- Ай! Свияга, ты что?- подпрыгнул он.

А я от души уже хлестала его. За все мои нервы. За все мои переживания. За все мои страдания и боль. Он еще издевается, скотина! Демон, радостно ухая от ударов, уворачивался и крутился вокруг меня, пытаясь перехватить орудие избиения.

Палка была старая, местами трухлявая, поэтому сломалась быстро. А Дан схватил меня в объятия, прижал к своей груди и, заглядывая в глаза, произнес:

- Нет ничего ценнее поступков, родная. Только они показывают истинное отношение. И любить нужно только того, кто сам себя уважает.

Его твердые губы накрыли мои. А я поняла, что не могу, и не хочу сопротивляться. Поцелуй дарил радость. Зачем отказываться от нее? Я всю жизнь от нее отказывалась.