Старое поместье Батлера

Дин наклонился и мягко прикоснулся к тыльной стороне моей ладони и едва ощутимо поцеловал, вызвав во мне странные эмоции — сонм мурашек по позвоночнику. Но я постаралась как можно побыстрее отогнать эти чувства прочь, не хватало ещё! А ещё взор его красивых глаз на градус потеплел. - Райд, у вас замечательная подопечная, - Дин словно нехотя отпустил мою руку и повернулся к старику.

- О да, - Пол смотрел на меня очень задумчиво, - кажется, мне, нас ждут большие перемены, - негромко добавил он, помогая мне забраться в бричку.

Я сделала вид, что ничего не услышала. До особняка добрались быстро и в сопровождении молодой симпатичной служанки в белоснежном чепчике, прошла на второй этаж в выделенную для меня опочивальню.

По сравнению с домом Батлера этот был обставлен очень богато, по-мужски сдержанно, но я буквально видела ценники на стоявшей тут и там мебели, висевших картинах и гобеленах, даже белоснежный с золотистыми прожилками пол, натёртый до зеркального блеска и ковёр из шёлковой пряжи на полу комнаты — всё это говорило о баснословном богатстве хозяина.

Мама ждала меня в поместье, её отвели в малую гостиную и угостили чаем с пышными булочками. Я присоединилась к ней сразу же, как приняла ванную и переоделась в действительно новое платье. Вот интересно, откуда оно здесь взялось? Навряд ли граф отправил кого-то в Алон прикупить наряд специально для меня. О чём и спросила помогавшую мне служанку.

- Это платье младшей сестры господина, леди Эприкот. Когда она приезжает погостить к брату, то непременно скупает всё, что видит в алоновских модных лавках.

- Понятно, - кивнула я, почему-то мне было важно знать, что я не надела на себя одежду любовницы Дина. Глупость, конечно, но...

Мэделин сидела на софе и читала какую-то книгу. Солнечные лучи подсвечивали её тонкий стан и золотили белокурые локоны, собранные в высокую строгую причёску. Мама хмурила брови, пробегая глазами по строчкам какого-то романа.

- Мам, - позвала я, подходя ближе и присаживаясь рядом, - надо поговорить.

- Безусловно, - женщина подняла свои невероятные сапфировые глаза на меня, грустно вздохнула и, закрыв книгу, положила её на низкий столик, стоявший рядом.

Графиня не стала присутствовать на операции, я попросила её уехать. Раскрывать все свои умения при ней посчитала неправильным.

- Я знаю, как лечить животных. Любых.

В гостиной стало тревожно тихо.