Огонь, Вода и Медные Порталы

– Что матушка моя с охраной батюшкиной путалась, покуда он по ярмаркам разъезжал? А батюшку колдовством на себе женила? А меня и вовсе пыталась вытравить, оттого и померла, горемычная?

Лукерья глянула на племянницу с сомнением, подтверждать ли слухи давние? Она и сама не могла в толк взять ни тогда, ни сейчас, как добрый и разумный брат её мог жениться на пройдохе, ленивой и злой? Ну да, как бы то ни было, с колдовством, али без, дело-то давнее. Что прошлое ворошить? Брат её ребёнка принял и вырастил, как родную дочь, стало быть, негоже и ей в былое вертаться.

Ребёнок-то ничем не виноват.

- Да кого ты слушаешь, Любогнева? – махнув рукой, деланно возмутилась Лукерья. – Добро бы, путное что-то слушала! – огляделась и перевела неприятную тему. - Ну, вернётся Настюха, сама пойдет есть. Пошли в стряпную избу, отыщем чего съестного, - предложила племяннице.

Любогнева снова тихонько фыркнула, возмущенная стряпной избой, но пошла за тёткой, в очередной раз напомнив себе, что здесь у неё есть дела поважнее, а потому гордыню свою она в состоянии пока поумерить и поесть то, чем будут потчевать.

В стряпной избе дородная кухарка им предложила по миске щей и по куску блинной кулебяки, ибо она все утро спешно собирала провизию отряду с собой, не до разносолов было. Лукерья поблагодарила за то, что есть. Любогнева, принимая тарелку со щами, скорчила прокисшую рожицу, но съела всё до крошки. Голод – не тётка.

И почему она, собираясь в поездку, не прихватила с собой из отчего дома пару копченых окороков, да жареных гусей? Да потому, что думала о другом! Ей и в голову не пришло, что на княжеском дворе её станут голодом морить!

- Сейчас сходим к волхву нашему – Огневеду, поставим тебя на довольствие, Любогнева, - доедая кулебяку, вещала тётка Лукерья. – Только надо будет тебя делом занять. Так-то, без дела, без пользы тобой приносимой, никто кормить тебя не станет, чай, не барыня.

Любогнева чуть не подавилась травяным чаем. «Какие ж тут у них порядки-то дикие, ей-Богу! Встать бы сейчас да вернуться домой, к нянькам да мамкам! Ага, и оставить Ивана на радость Настьке?! Ну, уж нет! Не на ту напали!», - Любогнева раздраженно пыхтела, допивая чай, но перечить тётке не осмелилась.

Огневеда они нашли в его тереме. Судя по оставленной на столе посуде, он тоже только что закончил трапезу.