Огонь, Вода и Медные Порталы

В горницу через приоткрытую дверь просочилась Стеша. В золотистых глазах застыла тревога:

- Ты чего, не угодила князю-то? – недоуменно уставилась она на Настю. – Чернее тучи вылетел!

Настя отвернулась к окну, давая понять, что эта тема ей совершенно не интересна, и обсуждать ее она не стала бы, даже если бы могла говорить. «Не угодила?! Жаль, под рукой ничего потяжелее не было! Я бы ему угодила промеж глаз! В мой терем! Бегу, волосы назад! Как бы не так! Как же отсюда выбраться-то?».

- Может, поешь чего? – поинтересовалась добросердечная Стеша, готовая бежать, лишь бы чем-то помочь девушке.

– Принести?

От нервного перенапряжения Настя не испытывала голода, но подумала, что все же стоит подкрепиться, особенно, если ближе к ночи она собирается отсюда бежать. Кивнула Стеше, выражая согласие. Девчонка крутанулась, и уже была за дверью.

Через несколько минут на лестнице послышался дробный перестук каблуков. Кто-то очень спешил на встречу с Настей, видимо весть о гостье разлетелась по княжескому двору.

«На Стеше были лапти, они так не стучали», - вспомнила Настя. – «Кого это несет нелегкая?»

Дверь отворилась, и в комнату, неся с собой душный восточный аромат, встревоженной птицей впорхнула женщина. Молодая, нарядная и когда-то красивая, но сейчас несколько подувядшая, с копной светлых, струящихся до пояса волос, перевитых жемчужной нитью. Она картинно остановилась посреди горницы, уперев руки в крутые бедра, словно собралась прочесть монолог со сцены местного театра.

Надменное, порочное лицо её выдавало гримасу крайнего недовольства, подчеркнувшего рано залегшие носогубные складки. Круглые голубые глаза возмущенно и зло, с невысказанной претензией, уставились на Настю, подмечая ее богатый наряд и украшения.

- Так вот из-за кого меня Кош отправил ночевать в свой терем! – взвизгнула девица высоким неприятным голосом, зло сверкая глазами, и примериваясь, как бы половчее вцепиться сопернице в волосы.

Настя смотрела на нее с интересом, как на диковинную зверушку.

Ей еще не приходилось видеть такого обилия восточных бус и серег, даже побывав на ярмарке. «Кто она? Жена? Любовница? Тяжело же, наверное, таскать на себе всю эту красоту? Или статус обязывает? Она и правда ревнует ко мне этого павлина? Да пусть забирает! Поговорить бы с ней. Может, выпустила бы меня?»

В оставленную открытой дверь вошла Стеша и опустила поднос с едой на лавку перед Настей.