Доктора заказывали? Или Легким испугом отделаются не все!

Меня пробрало на нервный хохот, но из груди вырвалось лишь сдавленное хмыканье. Горло почему-то саднило при малейших попытках издать какой-либо внятный звук. Но в данный момент это казалось мелочью.

Я бы легко допустила у себя шизофрению, расстройство личности, болезнь Альцгеймера и идиотию в одном флаконе, если бы не удивительно складная реальность вокруг. Слишком затяжная и логически выверенная галлюцинация с полным набором визуальных и тактильных ощущений. Я, конечно, не специалист, но за один день таких болезней не бывает.

А игнорировать тот факт, что у меня кардинально изменилась внешность, а люди вокруг однозначно «новую-старую» меня откуда-то знают, никак не получалось.

То есть напрашивается только один вывод…

Вот только тут я была готова впервые за последние лет сорок озвучить то самое сакраментальное «не бывает!»…

Мои раздумья были прерваны неожиданно и на самом интересном месте.

Дверь комнаты открылась, впуская уже знакомую мне девушку. С поразительной легкостью она внесла немаленький, на пару ведер воды, деревянный таз – с ее комплекцией вообще было удивительно, как она смогла поднять эту посудину.

Но, судя по всему, ей было не привыкать – таз аккуратно «приземлился» на табурет около моей кровати, а девушка принялась доставать объемного кармана передника, какую-то ткань.

И все бы ничего – пришла и пришла, не велика проблема. Но скрип

несмазанных петель двери больно резанул по ушам, заставив непроизвольно поморщиться.

И от девушки сей факт не укрылся, вызвав абсолютно неуместную улыбку на все лицо.

- Проснулась, Софьюшка? Как чувствуешь себя, милая? Что-нибудь болит?

Я поморщилась еще раз.

Ненавижу, когда со мной разговаривают, как с маленькой и сюсюкают. Б-р-р! Ощущение, что ай кью сразу вполовину падает!

И терпеть не могу, когда вокруг суетятся!

А уж тут прям бинго!

Два в одном, ловите праздник! Будь он неладен…

Но говорить было больно, поэтому я только отрицательно качнула головой.

Ничего не болит. Только сядь где-нибудь в углу и не мешай думать!

Но Жданка развела еще более бурную деятельность, заставляя меня мысленно чертыхаться. Вот же неугомонная девка!

Хотя ответственная и аккуратная, ничего не скажешь…

Но неугомонность все равно бесила больше!

Под причитания, которые я немалым усилием воли стала воспринимать неразборчивым фоновым шумом, она сдернула с меня одеяло.