Комплексное Зло 1. Шкафы и шпионы

Уроки первой магической помощи никогда не были моей сильной стороной, и высокий бал удалось получить только благодаря заученной теории. Вот и сейчас случился промах, подаривший мне еще один убийственный взгляд от дарха.

- Саарин, а ведь правда, подобный настой способен помочь! - вклинился профессор Агна, с интересом заглядывая в котелок.

- Так вот, капитан Мурес, ваши угрозы мне смешны, - уверенно продолжила я, - очень легко запугать преподавательницу, которая не сильна в целительстве. Гораздо сложнее быть мужчиной, способным потерпеть некоторые неудобства.

В этот момент я воткнула иглу и опять мимо.

- У вас высший балл по первой магической помощи, - отобрал у меня иглу Табурет, - теперь понятно, почему в аспирантуру по специальности вас не взяли.

И сам себе попал в вену с первого раза, быстро наполнив шприц. А мне стало жуть как обидно. Ректор прошелся по самому больному, моментально вогнав меня в депрессию. Слова были несправедливыми, но попадали куда надо, только заставляя острее чувствовать себя неудачницей.

Все мстительно-издевательское настроение вмиг улетучилось. Да, наверняка у меня на лице даже все было написано и, отобрав у табурета шприц, сухо объявила:

- В одном котле, как уже рассказывала, настой, который ослабляет действие зелий, в другом -укрепляющий эликсир, - к мужчине я давно повернулась спиной и копошилась на столе, разливая кровь в разные пробирки, - предупреждаю: на вкус оба - гадость. Хотите пейте, хотите - нет. По двести миллилитров утром и вечером.

Что происходило за моей спиной, мне было неизвестно.

Оба мужчины молчали.В целом в лаборатории стояла тишина, нарушаемая лишь звонам стекла тех пробирок, в которые разливалась кровь. То, что Табурет все-таки взял котелки, узнала, когда он уже ушел, заявив на прощание: “Госпожа Сатор, вам запрещено покидать лабораторию и выделенные вам покои без сопровождения. Встретимся за ужином”. Мое саркастичное: “У вас разгрузочные дни”, - отправилось в пустоту , лишь вызвав у профессора Агны легкую улыбку.

- Милая, вам стоит быть деликатнее, - к старику вернулся благодушный настрой, - я давно знаю Саарина и весьма удивлен , что дело закончилось в моей лаборатории, а не в тюремной камере.

Полагаю, это исключительно благодаря вашему таланту.

Слова моего надсмотрщика не вызвали беспокойства. На душе было и так гадливо, после слов об “аспирантуре по специальности”. Какие уж тут размышления о собственной везучести? Да и признания, даже косвенного, они от меня не дождутся.