Навсегда

Скоро я бездумно кладу руку ему на плечо, а второй обнимаю, касаясь голой спины. Прижимаюсь ближе, притягиваю его к себе. Приличия исчезают, я не сомневаюсь и не думаю ни о чём. Будто не только физически, но и мысленно погружаюсь лишь в одно — в странное, ни с чем несравнимое и незнакомое прежде удовольствие.

Не сдерживая себя, отвечаю ему. Подстраиваюсь под его действия, подхватываю темп. Поцелуй углубляется. Это больше не смущает меня: я совсем растеряла прежние осторожность, неловкость и страх. Остаётся только желание, необъяснимое и неконтролируемое.

Я даже не понимаю, к чему именно так стремлюсь сейчас. Чувствую одно — это может дать только Мэтт.

И он хочет этого. Я точно знаю. Это не часть игры. Это реальность.

Его прикосновения становятся всё более откровенными. Он уже приспускает мою сорочку, обхватывает ладонью грудь. На задворках подсознания я ощущаю сигнал тревоги, будто вот-вот, и случится что-то непоправимое. Но несмотря на зарождающееся беспокойство, не могу его остановить.

Более того, чувствую, что хочу продолжения. Что бы за этим ни стояло. Постыдное желание почувствовать его прикосновения на своей обнажённой коже стучит в висках… Он ведь уже трогает меня там, где прежде никто не касался. И это очень даже приятно.

Я перестаю за себя отвечать, а потому неизвестно, к чему в итоге всё приведёт. Но Мэтт словно улавливает эту мысль. Со странной осторожностью и трепетом поглаживая моё тело, становится намного сдержаннее. Будто отдаляется.

— Если мы продолжим, — неожиданно заговаривает он с необычными нотками в голосе, — то дойдём до конца.

Каким-то интуитивным образом я понимаю, что он имеет в виду. Его потемневший и горящий взгляд говорит больше, чем слова.

Но Мэтт даёт понять, что оставляет выбор за мной.

Это мгновенно включает мне голову. Какого чёрта я творю!

Тут же отталкиваю полуголого мужчинуна себе и вскакиваю с кровати. На этот раз мне ничто не препятствует: он легко отпускает меня. Так, будто ему это ничего не стоит. Что всё-таки странно, учитывая, как Мэтт целовал совсем недавно…

Вспомнив об этом, слегка дрожу.

Как же стыдно. Вела себя, как распутная девка. Я иногда слышала такое выражение и не совсем понимала его смысл. Но теперь внутренним чутьём сознаю, что так можно назвать и меня.

Замираю возле двери, лихорадочно размышляя. Во всём надо видеть пользу — по крайней мере, Мэтт убедился, что я пришла только ради этого. Вряд ли даже на секунду задумается о других причинах.