Навсегда

И оно требует участия того, кому предстоит жить вечность. Она умирает и не сможет участвовать.

— Где эти чёртовы доктора, — будто не слыша его, морщится Мэтт. — Неужели так сложно вовремя приехать?

Эдвард делает шаг в его сторону. Неловко кладёт руку ему на плечо.

— Они не справятся, — мягко проговаривает он. — Мои зелья не справились.

Мэтт всё-таки сознаёт, что ему говорят. Понимание отражается на его лице — вместе с мучительной болью. Но принять он не может.

Ещё некоторое время повозившись с девушкой, Мэтт вдруг с силой швыряет тряпку на пол.

— Должен быть какой-то выход, чёрт возьми! — рычит он. — И не говори мне, что его нет.

На него страшно смотреть. Ощущение, что ещё чуть-чуть, и…

Что именно может произойти — сложно сказать. Вот только обстановка накаливается до предела. Ясно одно — нужно срочно вмешаться. Последствия срыва Мэтта могут стоить дорого.

Эдвард вздыхает. Он ясно понимает — друга надо спасать.

— Есть только один выход. Я могу вернуть её… Но не сейчас и не так.

Видение исчезает так же стремительно, как появляется.

«Наколдовал себе бессмертие», — сказал Мэтт помощнику. Итак, того зовут Эдвард, и он — колдун. Ведь речь шла ещё и о каких-то зельях.

Но вместе с этим пониманием появляется ещё одно — Мэтт кто-то другой. Иначе он не обращался бы за помощью в волшебстве к другу, а воспользовался магией сам.

И… Бессмертным Мэтт стал не от колдовства. Ведь сам не умел, а Эдвард обеспечил вечность только себе. Это понятно из разговора мужчин.

Но самое ужасное — в глубине души я понимаю, что намеренно копаюсь сейчас именно в этих деталях, чтобы не думать о главном.

Та девушка.

Мэтт любил её — это очевидно. И хотел вернуть.

Колдун пообещал ему это — но каким-то странным образом.

А сейчас Мэтт проявляет недвусмысленный интерес ко мне.

По телу пробегает дрожь. Что если они собираются вернуть ту девушку через меня? Может, я каким-то образом подхожу для какого-то пугающего и смертельного ритуала? И именно поэтому нужна?

Ну вот опять я обманываю себя.

Думаю о каких-то кошмарах, чтобы отвлечься от другого осознания — я и есть та девушка. Ведь чувствую это в глубине души, на каком-то подсознательном уровне. Да даже при этом видении словно на себе испытала агонию умирающей. Была именно на её месте.

Сердце начинает биться в новом сумасшедшем ритме. Оставаться сидеть на месте становиться невыносимо. Не обращая ни на кого внимания, я поднимаюсь и резко направляюсь к выходу.