Навсегда

Вот оно, второе слово — «не». Как же трудно оно далось! Хоть и быстро.

Сердце колотится в безумном темпе. Если такое будет после каждой нужной эмоции, я сойду с ума.

Некоторое время шагая по коридору назад и вперёд, постепенно прихожу в себя. Итак, что дальше? Сопереживание…

Здесь не приходится долго думать — идея приходит сразу. Остаётся подождать, когда клиент уйдёт.

Вскоре он выходит из кабинета, и, бросив на меня взгляд, ухмыляется и качает головой. Я на это не реагирую — мне не до него.

Вслед за клиентом выходит Мэтт, чтобы проводить его до двери.

На меня даже не оборачивается, хотя явно замечает.

Я подхожу к окну. Смятение возвращается.

Хотя чего я ждала? Что он улыбнётся мне, как ни в чём не бывало?

Да, с таким Мэттом сложнее. Но это не повод болезненно воспринимать происходящее. Я не понимаю себя.

Самое сложное позади. Пора собраться.

— И что это было? — слышу строгий голос сзади.

Что ж, хорошо. Мэтт сам начинает диалог, который я задумала.

Оборачиваюсь, потупив взгляд. Не столько в притворном раскаянии, сколько в нежелании пересекаться с ним глазами.

Становится неловко.

— Я хочу извиниться, — тихо говорю. — Я вела себя глупо и импульсивно.

— Верно, — соглашается Мэтт, но уже другим тоном.

Спокойным, примирительным, почти подбадривающим. Мысленно саркастически подмечаю, что удивлять его у меня получается лучше всего. Не похоже, что он ожидал извинений.

— Я стараюсь, — продолжаю свою роль, подняв взгляд. — Стараюсь смириться со своим положением и… п-привыкнуть к тебе, но это не так просто.

Я действительно стремилась провести этот день вместе, но потом, пока я была одна… Не так просто двигаться навстречу, когда вспоминаешь, что мой отчим убил из-за тебя. Что ты подстроил этот брак…

Неожиданно, но игра проходится по живому во мне, пробуждает эмоции, выплёскивает непонятную горечь. Тоску там, где должна быть только злость.

Я вдруг даже чувствую, как по лицу текут слёзы.

Мэтт подходит ближе, и я продолжаю, всхлипывая:

— Что ты даже не человек… И что ты убил того мужчину в переулке, свернул шею… Мне страшно…

Я ощущаю одновременно как браслет реагирует, выдав нужную эмоцию, и как Мэтт обнимает меня.

Чувствуя его объятия и то, как он гладит меня по голове, ненавязчиво прижимая к себе, я с трудом держусь на ногах. Дыхание сбивается. Слёзы отступают, но на место им приходит дрожь.

— Всё будет хорошо. Я обещаю, — твёрдо заявляет Мэтт.

От его тона, тёплых объятий и дыхания куда-то мне в волосы вдруг разрывается сердце.