Хозяйка замка на холме

– Безусловно. – Мужчина и сам был крайне расстроен.

– А аттестат они тоже предоставили? Ведь это главный документ по условию завещания моей матери, чтобы я имела право претендовать на бабушкино наследство.

– Нет. Аттестата у них не было. Но дамы обещали принести документ завтра. И это обстоятельство, милая леди, – главная причина, почему я вас принял и почему с вами сейчас разговариваю вместо того, чтобы вызвать полицию и упечь вас в тюрьму по обвинению в мошенничестве.

– Меня бы быстро выпустили, – задумчиво сообщила я. – И дело не только в том, что у меня действительно подлинные бумаги. Есть десятки свидетелей, что именно меня обучали в пансионе под именем Альяты Дивиор. Но главное – любой маг крови может подтвердить мое родство с кровью рода Дивиор и рода Флирэй.

– У вас потрясающее самообладание, юная Дивиор. Вы настоящая леди, – польстил поверенный. – В отличие от той девицы, которая пыталась выдать себя за вас.

Самое удивительное, обе дамы не знали, что по воле покойной леди Элеты аттестат необходим для вступления в наследство. Это очень странное условие, впервые с таким сталкиваюсь.

– Еще бы! Откуда ей знать об условии? – усмехнулась я. – Ведь будущая мачеха, тогда еще дири Жамета, не присутствовала на оглашении завещания десять лет назад, а папа уже тогда страдал расстройством памяти после ранения в голову.

Он наверняка не запомнил такую мелочь и не мог рассказать новой супруге.

Значит, мошенницы прокололись. Но зачем Жамете понадобилось сомнительное «богатство» – груда камней в непролазной глуши – все, что осталось от фамильного дома моей бабушки?

– А как выглядела девушка, которую моя мачеха пыталась выдать за свою падчерицу, то есть, меня? – поинтересовалась я.

Толстячок возвел рыбьи глаза к потолку, припоминая, и… довольно точно описал мою соседку по комнате Бессару, не забыв отметить, что впервые видит девицу, разгуливающую по казенным местам в красном бальном платье с великолепным декольте, куда в дороге упали какие-то листочки.

Кстати, и ее прическу, довольно неряшливую, как и у леди Жаметы, украшали веточки и птичьи перья. Видимо, обе дамы ехали в открытом экипаже, а не в карете.